Иван Иванович был страшен.
Глаза налились кровью. Лоб вспотел. Мокрые волосы прилипли к вискам.
В общем, он напоминал мокрого воробья, в состоянии крайнего бешенства.
-- Убью!
-- Иван Иванович, да выпей воды.
Он залпом выпил стакан, стуча зубами о края.
-- Спасибо! Ещё минута -- со мной случился бы удар. Спасибо. Дай, я тебя поцелую. Фу-у! Ты не поверишь, брат, как трудно призовые костюмы придумывать...
-- Да зачем тебе?
-- Как зачем? Все делают. В газетах пишут. Слава, чёрт побери! Да ты читал ли, призы-то какие? Веер, которым только слониху во время тропической жары обмахивать; гребень в 600 рублей, сервизы, картины! И вдруг всё это зацапать! А? По стенам картины, веера, в волосах гребни, на столах сервизы, и по комнатам призовое семейство ходит. А? В газетах читают. Кто взял веер? Жена Ивана Ивановича. Кто взял сервиз? Свояченица Ивана Ивановича. Кто картины взял? Дочь Ивана Ивановича. Слава-то, слава какая! Отец призового семейства! Первый человек во всём городе! Популярность! Известность! В городские головы могут выбрать!
-- Так неужели же ты всех на призы готовишь?