И, приехав в Петроград, из всех домов остановиться на "луизнаре"!
Г-жа Кшесинская была более высокого мнения о русской революции, чем г-н Ленин.
В 1905 г. она дрожала, была уверена, что революция первым долгом разнесёт её дом.
Разнесёт от негодования. Не оставит камня на камне. Сотрёт с лица земли как позорное пятно позорного прошлого.
Но чтоб революция переехала к ней на квартиру, -- этого даже г-жа Кшесинская не предполагала.
Великая французская революция казнила Дюберри, метрессу короля Людовика XV.
Но ни Робеспьеру, ни Марату не пришла бы в голову мысль лечь спать на её кровати.
-- Мягко!
Это у Стеньки, Стеньки семнадцатого века, могла явиться "азорная блажь":
-- Поваляться на пуховиках у воеводиной полюбовницы!