Но ни ко мне, не по-дилетантски занимавшемуся "миром отверженны" ни, тем более, к Гиляровскому, знающему этот мир действительно как свои пять пальцев, такая усмешка относиться не может.
Недостаток у нас чуткости?
Не сумели подметить?
Но хватило же Гиляровскому чуткости написать несколько таких рассказов, которых даже видавшему виды человеку нет возможности читать, не чувствуя, что спазмы сжимают горло и готовы хлынуть рыдания!
Когда я уходил с пьесы "На дне", в душе моей звучал:
- Гимн человеку.
Когда я уходил с действительного "дна", в душе моей совершалась панихида по умершем "человеке". То был портрет. Это был оригинал. То - "дно" Горького. Это - "дно" Гиляровского.
VII
Они оба описывали один и тот же быт. И оба его знали, потому что оба им жили.
Из "босяцкого романа жизни" Гиляровского можно сделать пару "босяцких романов" Горького, да еще на Ф.И. Шаляпина останется. А описание этого быта у них получилось различное.