Всё уничтожающая смерть.
Наши огромные тени, которые дрожат на стенах, и эти тени когда-то живших людей, эти маленькие кучки пепла, праха...
И мы оставляем это место холода, тишины и молчания. Спешим выйти из этой могилы на свет золотого солнца, на блеск голубого неба.
-- Вас просит к себе отец настоятель!
Пожилой грек, приветливый и милый, рад случаю перемолвиться словом со свежим человеком.
Он показывает мне храм, устроенный в такой же погребальной пещере, с образами, нарисованными прямо на стенах, с утварью, убогой и бедной, с престолом и жертвенником, устроенными в нишах, служивших могилами. От этого храма веет запустением.
-- Нас редко кто посещает, -- говорит настоятель.
Он приглашает меня в диванную.
По восточному обычаю, подают вино, шербет, кофе. И мы беседуем с настоятелем в этой комнате, среди того же запаха тления, которым веет из отверстий пещер.
Чтобы занять гостя, настоятель показывает мне стереоскоп с видами Палестины.