-- Всех-с! Обвиняется в убийстве-с, в покушении на убийство, в делании фальшивой монеты...
Он подумал с секунду.
-- По третьей краже тоже можно-с. Всё равно он неисправим.
И этот "идеалист смертной казни" с такой нежностью говорил:
-- "По третьей краже".
-- И никаких ужасов каторги!
-- Послушайте, г. Окрейц, а случаи судебной ошибки?
Он посмотрел на меня с удивлением:
-- Что ж, что судебные ошибки? Никакое правосудие не может обойтись без ошибок! Вы только подумайте: каково это невинному человеку мучиться в каторге! А тут никаких мучений. Раз -- и готово!
-- Ну, хорошо! Возьмём хоть вот это дело, ради которого мы с вами приехали. Дело Скитских. Если б их, по вашему рецепту, взяли бы сразу и казнили...