-- Больше не буду!
Когда ей сходит с рук, она думает:
-- Как бы ещё прошуметь на весь мир?
Такова эта m-lle Герострат или, вернее, m-lle Вера Добчинская, которая желает, чтоб весь мир знал о её существовании.
Право, она не стоила бы никакого внимания, если бы не представляла собою любопытного общественного явления.
Раздумывая над этой Револьверой Жело, я полагаю, что она -- жертва той самой профессии, которой я имею честь и высокое удовольствие заниматься.
Жертва журналистики. Журналистики, которая может сказать про себя, перефразируя слова Мефистофеля:
-- Стремясь всегда к добру, творю я много зла.
Добчинские, желавшие, чтоб "и в Петербурге знали: живёт, мол, в таком городе Пётр Иванович Добчинский", были, конечно, всегда.
Но раньше "известность" не была так легко достижима.