И среди этой пыли чернела сгорбившаяся спина человека, боявшегося опоздать на казнь.
Словно он сгорбился, чтобы удобнее всё время смотреть на часы.
И при мысли о том, что где-то там, какому-то неизвестному мне человеку с каждой секундой всё меньше остаётся жить, -- мне стало страшно одному в купе.
Я вынул часы и с ужасом смотрел, как стрелка приближалась, приближалась, приближалась к семи.
Как быстро она шла.
И мне хотелось крикнуть ей:
-- Стой!
И я чувствовал беспомощность, страшную беспомощность, которая меня разбивала.