Стр. 21....непременно хочет сидеть в третьем классе. -- Имеются в виду общие вагоны с самыми дешевыми местами, в которых считалось неприличным ездить лицам привилегированных сословий.
Стр. 22. "...настоящая физиономия древнего римского патриция времен упадка". -- Упадок древней Римской империи сопровождался распущенностью нравов, идейным и моральным разбродом. Замечание героя исподволь вводит параллель, согласно которой Россия описываемого здесь времени уподобляется древнему разлагающемуся Риму.
Стр. 23. Знаешь, в одном монастыре есть одна подгородная слободка, и уж всем там известно, что в ней одни только "монастырские жены" живут ~ Я там был, и, знаешь, интересно, в своем роде разумеется, в смысле разнообразия. Скверно тем только, что русизм ужасный, француженок совсем еще нет, а могли бы быть, средства знатные. -- Ср. одну из сцен в "Войне и мире". В эпизоде переправы, при отступлении русских войск к Вене (том первый, часть вторая, глава VI), между офицерами происходит такой диалог: "Нет, а чего бы я желал, -- прибавил ou, прожевывая пирожок в своем красивом влажном рте, -- так это вон туда забраться.
Он указывал на монастырь с башнями, видневшийся на горе. Он улыбнулся, глаза его сузились и засветились.
-- А ведь хорошо бы, господа! Офицеры засмеялись.
-- Хоть бы попугать этих монашенок. Итальянки, говорят, есть молоденькие. Право, пять лет жизни отдал бы!" (Толстой, т. 9, стр. 166--167).
Стр. 23. Ведь невозможно же, думаю, чтобы черти меня крючьями позабыли стащить к себе, когда я помру. Ну вот и думаю: крючья? А откуда они у них? Из чего? Железные? -- Представление о том. что после смерти души грешников черти утаскивают в ад, зацепив их крючьями, отражено в иконах, изображающих Страшный суд. В духовном стихе о богатом и убогом Лазаре убогий Лазарь, не получивший от богатого помощи, просит у бога смерти:
Сошли ты мне, господи, скорую смерть,
Пошли ты мне, господи, грозных ангелов,
Грозных, немилостивых,