Стр. 214....верую в Слово, к которому стремится вселенная и которое само "бе к богу" и которое есть само бог... -- Ср.: "Вначале было Слово, и Слово было у бога, и Слово было бог. Оно было вначале у бога" и т. д. (Евангелие от Иоанна, гл. 1, ст. 1--2).
Стр. 215. Я читал вот как-то и где-то про "Иоанна Милостивого"... -- Иоанн Милостивый (VI--VII вв.) -- патриарх Александрийский (его память отмечается церковью 12 ноября ст. ст.). Как установил Л. П. Гроссман, эпизод, рассказанный Иваном, почерпнут из "Легенды о св. Юлиане Милостивом" Г. Флобера ("La légende de Saint Julien l'Hospitalier", 1876). В переводе И. С. Тургенева она появилась в "Вестнике Европы" (1877, No 4) под названием "Католическая легенда о Юлиане Милостивом". В заключительной части легенды повествуется о прокаженном, которого кормит, поит и согревает своим телом Юлиан "ртом ко рту, грудью к грудп" (Тургенев, Сочинения, т. XIII, стр. 250). Называя вместо Юлиана имя Иоанн, Иван побуждает читателя сопоставить некоторые факты из жития Юлиана с событиями, разыгрывающимися в романе в дальнейшем: самый страшный грех, который совершает святой и который всю жизнь потом старается искупить, был грех отцеубийства.
Стр. 215....из-за натащенной на себя эпитимии. -- Эпитимия (греч. ἐπιϑυμία) -- церковное наказание.
Стр. 216....они съели яблоко и познали добро и зло и стали "яко бози". -- В библейском рассказе о грехопадении первых людей Адам и Ева вкусили плодов от древа познания добра и зла вопреки воле бога и по наущению дьявола: "...в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете как боги, знающие добро и зло" (Бытие, гл. 3, ст. 5). За ослушание они были изгнаны из рая.
Стр. 216. Если они на земле тоже ужасно страдают, то уж, конечно, за отцов своих, наказаны за отцов своих, съевших яблоко... -- Иван возмущен учением церкви, согласно которому дети страдают в сплу общей человеческой греховности (в наказание за первородный грех). А. С. Хомяков, сочинения которого Достоевскому были хорошо известны, писал: "Человек каждый, дольник греха, по необходимости дольник страдания и, следовательно, страдает вследствие, но не в меру своей доли нравственной нечистоты"; "...если бы человек был безгрешен, бог бы не мог его посещать страданием или смертью" (А. С. Хомяков. Полное собрание сочинений, т. 2. Изд. 2-е. М., 1880, стр. 331, 335, письмо к И. С. Аксакову).
Стр. 217....турки и черкесы там у них, в Болгарии, повсеместно злодействуют... -- В 1875--1876 гг. болгарское национально-освободительное движение приобретает самый широкий размах и вызывает беспримерную по жестокости расправу турок с населением страны. Достоевский неоднократно писал об этом (и о восточном вопросе в целом) в "Дневнике писателя". См.: И. Л. Волгин. Нравственные основы публицистики Достоевского (Восточный вопрос в "Дневнике писателя"). "Известия АН СССР", серия литературы и языка, 1971, т. XXX, вып. 4, стр. 312--324.
Стр. 217....выражаются иногда про "зверскую" жестокость человека, но это страшно несправедливо и обидно для зверей: зверь никогда не может быть так жесток, как человек... -- Ср. со словами Герцена, сказанными в связи с сообщениями о зверствах помещиков: "Что за скоты, что за дикие звери живут в захолустьях <...> Впрочем, что мы обижаем зверей? Таких зверей нет -- такие есть только русские помещики, которым редакторы-освободители оставили черкасскую розгу в руках" ("Колокол", 1860, No 68--69, "Смесь"). Эта мысль также перекликается с "Песнью о колоколе" ("Das Lied von der Glocke", 1799; см.: Шиллер. Полное собрание сочинений в переводе русских писателей, т. I, стр. 91).
Стр. 217. -- А ты удивительно как умеешь оборачивать словечки, как говорит Полоний в "Гамлете"... -- Ср. слова Полония Офелии ("Гамлет", действие 1, сцена 3). В переводе А. Кронеберга они звучат так:
А Гамлету ты можешь верить вот как <...>
Не верь его словам: они обманут;