— Коты, душенька. Я намедни прихожу, сидит Васька у меня в кабинете, шю-шю-шю! и шепчет. Я ему: что ты, Васенька? а он опять: шю-шю-шю! И так как будто все шепчет. Я и думаю: ах, отцы мои! уж не о смерти ли он мне нашептывает?
— Какие глупости вы говорите сегодня! Стыдитесь, пожалуйста.
— Ну, ничего; не сердись, душенька; я вижу, тебе неприятно, что я умру, не сердись; я только так говорю. А ты бы, душенька, стала раздеваться и спать легла, а я бы здесь посидел, пока ты ложиться будешь.
— Ради бога, полноте; после…
— Ну, не сердись, не сердись! Только, право, здесь как будто мыши.
— Ну вот, то коты, то мыши! Право, я не знаю, что с вами делается.
— Ну, я ничего, я ни… кхи! Я ничего, кхи, кхи, кхи, кхи! Ах, боже ты мой! Кхи!
— Слышите, вы так возитесь, что и он услыхал, — прошептал молодой человек.
— Но если б вы знали, что со мной делается. У меня носом кровь идет.
— Пусть идет, молчите; подождите, когда он уйдет.