Она думала, что всё так и останется. Она отучилась любить меня.
Нет, когда с Ефимовичем она сидела, ведь было легче, когда с револьвером стояла надо мной, ведь было легче -- потому что она все-таки тогда любила меня, а теперь она отучилась любить меня. Но я уже теперь не хотел выпускать ее из рук. {Но я уже ~ из рук. вписано. }
О, как вдруг упала эта пелена!
И после первых ног и ее припадка (я мало говорил, только в Булонь) {(я мало говорил, только в Булонь) вписано. } -- и наступило отчаяние, пелена.
Я подходил к ней судорожно и говорил. Я все надеялся до последней минуты... {Я все надеялся до последней минуты... вписано. }
О, как я { Было начато: ~ как она} ее мучил (излияниями)!
О, как она винила себя!
Строгое удивление. Я показался так глуп, так беден и жалок.
О, как я гордился пред тобою за револьвер.
О, я всю зиму только и делал, что любовался моим подвигом, оттого и тебя забыл.