Ибо надобны хоть какие-нибудь да познания. (Классический век. Ионический ордер. Колонна { Было: Ионическая колонна} -- изображает собою тело {тело вписано. } цветущего и красивого молодого человека, а колонна {колонна вписано. } коринфского ордера -- стройное девичье.)

Чем я уронил себя. Я был год редактором "Гражданина" и, приняв журнал с 1000 подписчиков, через год оставил его с тремя тысячами. Вот уже признак, что не уронил себя в публике. А если хотите в чем уличить меня, то пусть найдут хоть строчку, подписанную мной, неблагородную. Это славянофильское-то направление неблагородное? Его могли назвать всем чем угодно, но только не бесчестным, г-н читающий на извозчиках. { На полях рядом с текстом: Чем я уронил ~ на извозчиках. -- помета: О направлении.}

Так же точно в "Новом времени" изменили за деньги. Статья Льва Толстого, про него ни слова, а мне польза. Нет, напротив, Лев Толстой напечатал лишь самую суть своих убеждений, а я лишь роман, поэму, образный вымысел. {Нет, напротив ~ вымысел, вписано на полях. } А почему вы знаете мое направление (не я пришел, а "Отеч<ественные> записки" взяли моего духу). Знаете, г-н либерал, что я либеральнее вас. Или вы думаете, что славянофилы не либеральны? Но вы все до того отвлеченно, до того витаете в пространстве и в облаках, а напротив, если б мы были где-нибудь при Тиверии или Меттернихе, то вас поощряли бы, давали бы вам кресты и толстые журналы ваши каждый месяц шлепались бы на нас, как... Другое дело славянофилы; эти требуют многого, и они непримиримы. { Далее было начато: их} Они требуют твердых оснований... Их при Тиверии или Меттернихе всегда их бы не любили... { Было: их всегда не любили больше} цензура и подозревала, и крестов не давали бы... Да и не возьмут они их сами за убеждения... Там дело чисто, {дело чистое вписано. } убеждениями не торгуют... Вот что, г-н. { Далее было начато: Нез<накомец>} Не понимаете вы, что говорите. И так и не будете понимать этого множество лет. <59>

Возьмите отчет об Обществе пропаганды, к которому я имел несчастье принадлежать, там слишком ярко обозначено, как я умел себя держать, не поддаваясь на выгоду. Не Федора Достоевского вам упрекать в перемене убеждений.

Но вы скажете, теперешний Достоевский и тогдашний не то, но, приняв убеждения { Далее было начато: славяно<фильские?>} иные (христианские и несла<вя>нофильские) и соединясь по возможности с нашим народом (еще в каторге я почувствовал разъединение с ним, разбойник многому меня научил). Но я нисколько { Было: Я несколько} не изменил идеалов моих и верю -- но лишь не в коммуну, а в царствие божие. { Далее было: В этом я поспорю не только с вами.} Вам меня не понять, а потому я не объясняюсь точнее, но знайте, что я все-таки {все-таки вписано. } "либеральнее вас" и даже гораздо. { и даже гораздо вписано. Далее было начато: Вам} Ибо даже либерализм таких, как вы, есть бессмысленное ретроградство. Я принадлежу частию {частию списано. } не столько к убеждениям {к убеждениям вписано. } славянофильским, вернее, { Было: то есть Незачеркнутый вариант: сколько} к православным, то есть к убеждениям {к убеждениям вписано. } крестьянским, то есть к христианским. { Далее было: убеждениям} Я не разделяю их вполне -- их предрассудк<ов> и невежества не люблю, но люблю сердце их и всё то, что они любят. Еще в каторге. {Я не разделяю ~ в каторге, вписано между строк и на полях. }

Не у подписчиков, а упал в глазах честных людей, { Далее было начато: ну, этого рассужд<ения>} то есть что подписчики "Гражданина" принадлежат к разряду бесчестных. Но такого рассуждения я уже не допускаю совсем.

Он может отрицать во мне всякое дарование (этот почтенный человек), но находить в строках, писанных мною, что-нибудь, чем бы я мог унизить себя...

Но у нас не Тиверий и не Меттерних, и мы, слава богу, еще очень дышим. { На полях рядом с текстом: Но вы скажете ~ очень дышим. -- помета: О направлении.} <60>

О цензуре.

Мы неограниченная монархия и, может быть, всех свободнее, таких народов (то есть сходных), как мы, только три. При таком могуществе императора -- мы не можем не быть свободны. Под конец.