18 и теоретик / и наш теоретик
19 После: рубрики -- формы
20-21 Ему очень не нравится ~ хотелось. / а. Начато: Ему не нравится, что народ, оказывая помощь б. Ему очень <не> нравится, например, что народ наш, жертвуя на славян [говорит о них как о единоверцах], жертвует не под той рубрикой, под которой бы ему хотелось.
22 Но мы / А, впрочем, мы
23 После: в сторону -- Вот как начинает автор: "Выше мы коснулись мимоходом вопроса о влиянии общества на внешнюю политику государства...
Но желать такой войны -- мы признаем себя некомпетентными (не обращайте пока внимания на слог).
В вопросе о войне и мире мы совершенно должны положить<ся> на правительство. --
[Мы нарочно выписали это [странное] длинное место целиком, хотя это только [странно] начало и в нем еще ничего не видно из того, что [намереваемся мы указать. В конце есть] Во-первых, тут есть какая-то неясность или, лучше сказать, даже странность, { К слову: странность -- на полях набросок: странность и, так сказать, милая <?> странность, что даже удивительно.} которую, признаюсь, я [почти] не понимаю. Хотя это только начало и в нем еще ничего не видно из того, на что мы хотели бы особенно указать. Автор говорит: в войне { Далее в рукописи пропущены слова. } -- правительство. [Но кто же] Да ведь и мы полагаемся на правительство, и [я думаю] все до единого в России, в вопросе о войне и мире полагаются, я думаю, всегда на правительство. [Как же] Об чем же так заботится автор и на что он жалуется? Ведь нельзя [же и на минутку] предположить, что автор [полагает, что решение обязан<ность>] хоть одну минутку [думал] предполагал <что> обязанность решить, с кем [предстоит] воевать России, падет на долю "Вестника Европы". { Рядом с текстом: обязанность решить ~ на долю "Вестника Европы" -- на полях наброски: 1. хоть мы 2. что вопрос, с кем воевать, решил "Вестник Европы" у нас в России. 3. Так вот, дескать, я поставлен в какие тиски! |людьми неловкими и запутавшими дело и т. д. и т. д.]} [Что же касается до того, что автор как бы жалуется] Тем не менее автор действительно и даже как бы с гордостью жалуется на то, что не знает, с кем России пришлось бы воевать -- [то] и это [тоже] чрезвычайно странная жалоба, потому что <не закончено> Если [бы пришлось нам воевать] б действительно [придется нам] нам пришлось воевать за славянское дело, то, мне кажется, даже последний мужик, не знающий ни истории, ни географии, тотчас же знал бы, с кем нам воевать придется: именно: [во-первых] если уж мы идем за славян, чтоб улучшить их участь, то, уже конечно, будем воевать с турками, которые мучают славян и ухудшают их участь, а [во-вторых] потом и со всеми теми, которые [начнут] бы вздумали помогать туркам. Это так просто, что понять нельзя, на что тут жаловаться. Если же автор пожелал бы еще больше узнать, то <не закончено >. Если туркам начнут помогать австро-венгерцы -- то с ними, англичане -- то и с ними. { К тексту: Если туркам ~ с ними. -- на полях вариант: Если уж кто начнет помогать туркам противное, то и со всеми теми, которые буду" помогать туркам. Чего же больше хочется автору? <} [Мало того, теперь даже стало известно наверно, что Германия даже может] { Рядом с текстом: Если [бы пришлось ~ даже может] -- на полях набросок: Надо только решиться на нее, когда она неизбежна или честь <не закончено > несмотря на то, что она такое зло, что вряд ли возможно хоть какое-нибудь предположение, что кто-нибудь мог желать ее.} Мало того, теперь даже стало [известно] нечто и гораздо более известно [именно] Если же автор хочет знать еще больше, то есть всё даже будущее в самых мельчайших подробностях, то ведь это [как известно] не дано ни единому человеку, как ни желай знать, не узнаешь. { К тексту: Если же автор ~ не узнаешь. -- на полях варианты: а. Если автор желал чего-нибудь еще подробнее, то известно и более, например, что в самом худшем случае, кроме Турции, мы могли бы иметь Австрию и Англию, но только в самом худшем [это-то уж всякий знает] И очень, очень может быть, что мы будем <не закончено >. б. Если автору еще более хочется знать больше всех о том, что ему не дано предвидеть, то неужели он тоскует <не закончено> } [А потому вероятно вовсе не о том [жалеет] тоскует автор]. Неужели ж он жалуется даже на это, и притом кого-то даже виня, что ему не дано всеведения. Одним словом, это место неясно. { К слову: неясно -- вариант: странно} [Автор, очевидно] Всего вероятнее, что автор хотел провести какую-то политическую мысль с тем, чтобы вышло [как можно] поглубже и пооригинальнее [вышло], но оно как-то не вышло. Слова же: "Но желать такой войны мы признаем себя некомпетентными" -- кроме грамматической своей неясности заключают уже и в высшей степени странность: [но] ибо кто же, кто же, скажите, желает войны или может пожелать [войны] ее? По-моему, надобно только твердо и великодушно [уметь] на нее решиться, если повелят оскорбленная честь или неотложный долг великодушия. В этих случаях надо решиться на войну даже несмотря на то, что война, сама в себе, есть такое ужасное зло, что невозможно и представить себе, что кто-нибудь может "считать себя желать ее компетентным". [Нет] Одним словом, тут тоже какая-нибудь неясность и именно в слоге. Кстати о слоге: очень уж многие полюбили писать теперь с какою-то почти надменною небрежностью (но больше всего отличаются многословием) [Какое мне дело до публики, я мысль провожу.]. { К словам: Какое мне дело ~ провожу. -- на полях набросок: по этому делу?} Прежде, по крайней мере, писали так, что читать можно было, ну, Белинский, например, а ныне [писатель] публицист, чтоб одну какую-нибудь [мысль] идейку провести, [он] целый воз сена провезет сначала. [Эту фразу] Это суждение мое я не отношу к автору статьи "В<естника> Европы" вполне: многословия [великого] у него нет даже вовсе, и разве лишь одна вышеприведенная неясность в слоге. Правда, у него вместо многословия какая-то, так сказать, пышность в слоге и величавость, но это [еще ничего. Виден, так сказать, характер] и не [недо<статок>] порок, а лишь один, так сказать, характер. Следующее место статьи чрезвычайно характерно Ф Далее в низу листа и на полях наброски, относящиеся к последующему тексту. 1. Вот, дескать, оно есть во Франции, на Западе, в католичестве, так вот, стало быть, оно есть и у нас. 2. совершенно теоретически 3. Сыск 4. но есть ли хоть один русский за веру С. -- Слишком старые сыски России. -- Какие это сыски? -- Кифа Мокиевич?
Так разве это сыск. 6. И потому-то нам не сметь называть себя единоверцами. 7. Довольно было бы и одного этого места, чтоб показать весь разрыв и до какой мокиевщины можно договориться. Сбиться с толку. 8. Я не знаю, о чем тут говорит автор. Если на Кавказе и в Крыму действительно волнение мусульман, то всякий русский должен бы был озаботиться ввиду войны, если надо, то и указать. Элемент шариата. 9. Как такие простые вещи <не закончено >. Либерализм, дескать. 10. Семья, старший сын. 11. Но Россия есть преимущественно Россия. Она не винов<ата>, что царство Казанское, Астраханское, Крымское в нее входят. Укажите, когда мы протестовали за веру. 12. Главное полиберальничать. Попедантич<нич>ать либерализмом. О единоверии ничего. Вот, дескать, мы всех тоньше обсудим. А на деле это всё лишь смесь теоретического либерализма с самолюбиями, смесь, которая и выразить-то себя [складно и толково] не умеет хоть сколько-нибудь толково. 13. Единоверие.
24-29 Текста: Пропускаем начало ~ старший сын России". -- нет.