Стр. 108. И вот виконт Биконсфильд ~ начинена Россия. -- Бенджамин Дизраэли (1804--1881), премьер-министр Англии в 1874--1880 гг., происходил из еврейской семьи, принявшей англиканство. 12 августа 1876 г. (и. ст.) было объявлено о пожаловании ему королевой титула графа Биконсфилда. В сообщении об этом "Нового времени" (1876, 5 августа, No 156) он был назван виконтом Биконсфилдом. Уже на следующий день газета именовала его графом (НВр, 1876, 6 августа, No 157). В некоторых статьях и корреспонденциях других русских газет Дизраэли также называли виконтом ( Г, 1876, 9 августа, No 218; СПбВед, 1876, 8 августа, No 217; 11 августа, No 22). Путаница разъяснилась, когда "Голос" (1876, 13 августа, No 222) напечатал переведенное из "The London Gazette" официальное сообщение о том, что Дизраэли "возводится в звание виконта и графа Соединенного Королевства под именем, наименованием и титулами виконта Юэнден-Юэнденского в графстве Бекингемском и графа (earl) Биконсфильдского, в названном графстве". Достоевский, очевидно, намеренно использовал титул "виконт", сочтя, по-видимому, что, будучи фонетически "звучным", в сочетании со столь же звучной и, как говорится ниже в "Дневнике писателя", "альбомной" фамилией Биконсфилд, он лучше всего подходит для создания саркастического эффекта.
В речи на банкете Центрального общества скотоводства и земледелия 20 (8) сентября 1876 г. Дизраэли утверждал, что весною был обеспечен мир "на основаниях, которые могут быть одобрены всяким благоразумным и добрым человеком", но что все "разумные" планы были разрушены действиями "тайных обществ", которые "объявили войну Турции через посредство сербов" (Речь Дизраэли, лорда Биконсфильда. НВр, 1876, 14 сентября, JMs 196; ср.: Г, 1876, 14 сентября, No 254). С этой речью Достоевский соединил напечатанную в "Новом времени" (1876, 15 сентября, No 197) выдержку из статьи венского корреспондента английской газеты "Times": "За немногими исключениями большинство русских (известно, что большинство русских волонтеров -- солдаты и казаки) волонтеров принадлежит к числу людей самых крайних убеждений, которым в сущности мало дела до России или Сербии, но считающих настоящую войну удобным предлогом для осуществления своих славянофильских и социально-демократических идей, так что довольно правдоподобно, что желание избавиться от этих вредных элементов играло роль в готовности, с которой русское правительство согласилось давать разрешение своим подданным на поездку в Сербию и участие в войне. Только подобная политика, в случае если она действительно имелась в виду, сама отмстит за себя: опасные элементы, разбросанные по всему пространству России, собравшись в Сербии, получат возможность организоваться и рано или поздно, возвратись в Россию, сделаются гораздо опаснее для нее, чем были ранее".
Достоевский, безусловно, читал также напечатанную в этом же номере "Нового времени" статью А. С. Суворина "О речи Дизраэли", в которой намек Дизраэли расшифровывался сопоставлением с этой заметкой. Через четыре дня в той же газете Достоевский мог прочесть об отношении немецкой прессы, к вопросу о русских революционерах в сербской армии; сообщалось, что немцы тревожатся за судьбу России после возвращения этих людей на родину (НВр, 1876, 19 сентября, No 201). В записной тетради (наст. изд., т. XXIV) отмечена передовая статья "Московских ведомостей" (1876, 14 сентября, No 234), в которой выражалось негодование по поводу "возмутительной" речи английского премьер-министра.
Заявление Дизраэли преследовало демагогические цели. Однако среди русских добровольцев действительно были представители революционной молодежи, особенно революционного народничества. Движение в Герцеговину началось в демократических и революционных кругах еще осенью 1875 г., задолго до массовой отправки добровольцев Славянским комитетом. Об этом с тревогою писали официальные представители России из Турции и с Балкан. Участие русских революционеров в военных действиях на Балканах было, однако, кратковременным и кончалось, как правило, разочарованием. Царское правительство принимало все возможные ограничительные меры, чтобы не допустить революционеров в ряды добровольцев, отъезжавших в Сербию (см. подробно: Никитин, Русское общество, стр. 32--61; Снытко, стр. 80--88; В. Богучарский. Активное народничество семидесятых годов. M., 1912, стр. 277--293; Б. Я. Гросул. Революционная Россия и Балканы (1874--1883). М., 1980),
Стр. 108--110. ... у меня секретные документы... -- Иронический намек на тактику, которой придерживался Дизраэли в Палате общин в июне--июле 1876 г. Выступая с заявлениями о положении дел на Востоке и о политике английского правительства, Дизраэли несколько раз просил Палату отложить прения по Восточному вопросу и не требовать оглашения документов, мотивируя свои действия необходимостью сохранить эти документы в секрете. Позднее он объяснял задержку публикации их большим объемом и необходимостью получить от правительств других государств разрешения на предание гласности конфиденциальной переписки. Одновременно он просил членов парламента не доверять газетным сообщениям и вынести свое суждение лишь на основе подлинных документов, когда те будут опубликованы. Это маневрирование английского премьер-министра было объектом пристального внимания русской прессы, которая видела во всех его шагах уловку для обмана общественного мнения.
Стр. 110. Я уверен ~ он романист. -- В полемических целях, для создания сатирического эффекта, Достоевский утрирует сведения, почерпнутые им из газет. "Новое время" (1876, 5 августа, No 156), например, сообщило: "Согласно собственному его желанию, английский премьер возведен в звание пэра и ему дарован титул виконта. Титул этот был предложен королевою главе консервативного кабинета еще в 1868 году, по тогда Дизраэли отказался от этой чести ввиду того, что ему пришлось бы отказаться от звания члена Палаты общин". Получив титул графа, он должен был бы перейти в Палату лордов.
Биконсфилд -- небольшой город в графстве Бакингемшир. Недалеко от Биконсфилда находилось поместье, которое Дизраэли купил в 1848 г. В течение тридцати лет (1847--1876) Дизраэли состоял членом Палаты общин именно от графства Бакингемшир. Этими обстоятельствами и определялся его титул графа Биконсфилда. Ср. черновую запись: "Биконсфильд, <Д>израэли романист, верно сам сочинил, какая прелесть. А если и была такая земля, и проч." (наст. изд., т. XXIV).
Гремин -- персонаж романтической повести А. А. Бестужева-Марлинского "Испытание" (1830).
Дизраэли был писателем. Его перу принадлежит несколько романов ("Вивиан Грей", 1826--1827; "Конингсби, или Новое поколение", 1844; "Сибилла, или Две нации", 1845; "Лотарь", 1870; и др.).
Стр. 110. Провозгласив в своей речи, что Сербия ~ поступок бесчестный... -- Говоря об объявлении Сербией войны Турции, Дизраэли заявил: "Не только все принципы международных законов и общественной нравственности, но все принципы чести были нарушены". Саму войну он назвал "возмутительной" и "преступной", утверждая, что "изо всех войн, когда-либо происходивших, не было еще ни одной такой несправедливой, как сербская война" (Речь Дизраэли, лорда Биконсфильда. НВр, 1876, 14 сентября, No 196).