Стр. 153. Невозможно выразиться лучше, как сделали это о том же предмете "Московские ведомости ~ столь близких по крови и вере". -- Цитируется передовая статья "Московских ведомостей". 1876, 22 октября, No 270.
Стр. 154. ... лучшие люди, все, по государеву указу, рассортированы были на четырнадцать разрядов ~ с немецкими именами. -- Указом от 24 января 1722 г. Петр I утвердил "Табель о рангах", которая устанавливала строгую иерархию должностей и чинов гражданского, военного и придворного ведомств. Все чины были разделены на 14 классов, и получение каждого из них зависело от занимаемой должности. Лица "низкого" происхождения, получавшие соответствующие чины, приобретали дворянство (низшие чины давали право на личное дворянство, высшие -- на потомственное). "Табель о рангах" упраздняла служебные преимущества старой аристократии -- боярских родов, устанавливала принцип продвижения чиновников по служебной лестнице в зависимости от личной выслуги, образования, способностей. Система, установленная "Табелью о рангах", открывала выходцам из социальных низов путь к дворянству; ее важным социальным последствием было увеличение численности и изменение состава правящего класса, а также постепенный отрыв чиновников от прежней социальной среды, превращение бюрократии в особую категорию общества, укрепление принципа сословности во всех сферах общественной, политической и культурной жизни (С. М. Троицкий. Русский абсолютизм и дворянство в XVTII в. Формирование бюрократии. Изд. "Наука", М., 1974, стр. 47, 113--118). Достоевский, в соответствии со своими "почвенническими" взглядами, рассматривал "Табель о рангах" как одно из мероприятий Петра I. закрепивших разрыв между народом и образованной частью общества. Об этом он, в частности, писал позднее в записной книжке 1880--1881 г. и в письме к И. С. Аксакову от 3 декабря 1880 г.
Стр. 157. "Умнейшие" даже писатели провозгласили ~ принимает их ша настоящих "лучишх" людей своих. -- Имеется в виду В. Г. Авсеенко (см.: наст. изд., т. XXII, стр. 104).
Стр. 157. Овсянников, когда его везли ~ кидал народ в экипаж... -- Петербургский купец-миллионер, подрядчик, торговец мукой, коммерции советник С. Т. Орсянников был признан виновным в умышленном поджоге сгоревшей 2 февраля 1875 г. в Петербурге, на Обводном канале, паровой мельницы, арендованной им у другого миллионера В. А. Кокорева. Как было установлено на суде, поджог мельницы должен был принести Овсянникову большую прибыль. Овсянников был приговорен к лишению всех прав состояния и ссылке на поселение в Сибирь. Источником слуха, передаваемого Достоевским, было сообщение корреспондента газеты "Биржа" (1876. 21 сентября, No 259) о прибытии Овсянникова с партией заключенных в Нижний Новгород 14 сентября 1876 г. С вокзала в пересыльную тюрьму Овсянников, в отличие от других заключенных, ехал в закрытом экипаже. "На пути в некоторых местах мужики старались подать ему гроши, но конвойные солдаты не допускали. Некоторые бросали ему в экипаж медные деньги, но он их сам швырял из экипажа, что было заметно". Перепечатано: "Современные известия", 1876, 25 сентября, No 264.
Стр. 158. Другой разряд миллионеров-купцов ~ чувства гражданского почти не бывает в этих сердцах, -- В рассуждениях Достоевского о "миллионерах-купцах" отразились черты из истории семьи Куманиных, родственников писателя по материнской линии, первостатейных московских купцов, происходивших из монастырских крестьян и получивших в 1830 г. потомственное дворянство. Куманины несколько раз делали крупные пожертвования на разные цели и награждались за них орденами. В частности, основатель торгового дома А. А. Куманин во время Отечественной войны 1812 г. пожертвовал на ополчение 50 тысяч рублей, за что был пожалован орденом Владимира 4-й степени. См, подробно: Г. А. Федоров. Из разысканий о московской родне Достоевского. Материалы и исследования, т. 2. стр. 66--70.
Стр. 159. ... "эта юная школа ~ спроса и требования"... -- Достоевский приводит свои же слова из февральского выпуска "Дневника писателя" за 1876 г. (см.: наст. изд., т. XXII, стр. 73).
Стр. 159--160. О, не подумайте, что я намекаю на "дело Струсберга" ~ на наши собственные грехи... -- Со 2 по 25 октября 1876 г. в Москве проходил процесс по делу о происшедшем в 1875 г. крахе Московского коммерческого ссудного банка. К тому моменту, когда Достоевский писал эти строки, приговор еще не был объявлен (его чтение было назначено на 2 ноября 1876 г.), но был уже известен вердикт присяжных, основанное на нем заключение обвинения о мере наказания для каждого подсудимого и ходатайства защитников. Главпой фигурой среди подсудимых был немецкий подданный, железнодорожный деятель Бетель Генри Струсберг (1823--1884), строивший в России железную порогу Брест--Сараево; путем подкупа директоров банка Г. Ландау и П. М. Полянского он получил, под обеспечение ничего не стоивших бумаг, ссуду в семь миллионов рублей, но в результате банкротства не смог ее возвратить, и это повлекло за собою крах банка. Занявшее по своему общественному значению место в одном ряду с другими громкими процессами о крупных мошенничествах (дело игуменьи Митрофании, дело Овсянникова и др.), дело Струсберга подробно освещалось и оживленно комментировалось в печати.
Стр. 160. ... кто из вас без греха?" -- Цитата из притчи о Христе и блуднице (Евангелие от Иоанна, гл. 8, ст. 7). Ср. примеч. к стр. lfi.
Стр. 160. ... но Данила Шумахер, приговоренный "за мошенничество", ей-богу, наказан ужасно. -- Бывший московский городской голова Данила Данилович Шумахер обвинялся в том, что, узнав, как член совета банка, об утрате банком значительной части капитала, воспользовался своею должностью и полностью получил свои вклад. Обвинение просило для Шумахера в качестве наказания лишение всех прав и ссылку в отдаленные места Европейской России. Приговор суда, объявленный уже после выхода октябрьского выпуска "Дневника писателя", оказался мягче: Шумахер был приговорен к месяцу тюремного заключения.
Стр. 161. ... в какой-то новый крестовый поход (именно так и называют уже это движение... -- В печати приводилось, например, подобное заявление историка Д. И. Иловайского: "Мы еще не вели войны непосредственно для освобождения славян, но такая война была бы для нас священною, настоящим крестовым походом" ( Г, 1876, 1 августа, No 211). Русские газеты неоднократно обращали внимание на употребление этого сравнения иностранной прессой ( Г, 1876, 1 августа. No 211, НВр, 1876, 21 сентября, No 203; и др.).