Так оно и было, хотя бы по сознательным убеждениям своим он и противуречил себе самому. Действительно, стихотворения его наполнены этими противуречиями. Тем не менее и несмотря на противуречия, он все-таки в мученические минуты свои приходил к народу, отдыхал в любви к народу и преклонился.
Кроме всего этого, Некрасов есть исторический тип, крупный пример { Вместо: крупный пример -- было начато: один из самых} того, до каких противуречий { Вместо: до каких противуречий -- было: до чего} могло доходить в наше печальное время непосредственное, прямое, естественное стремление чисто русского сердца с навеянными из былой чуждой жизни убеждениями, жизни бесформенной и безобразной, { Далее было: из жизни русского европейничания и последствий его.} неудовлетворяющей.
То это потому, что ты осмелился это сказать, а осмелился потому, что ты был искренен. И совместимо ли с характером предвозве<стника?> признаваться в своих подлостях?
Этот человек как человек оправдал себя.
Фальшь тоже узнает (народ), с какою бы печалью вы ни приходили к нему.
В великих, неподражаемых, совершенных, несравненных {совершенных, несравненных вписано. } песнях "Западных <славян?>" вылилось всё сердце русское, всё мировоззрение русское, вся любовь русская, всё, что любит и чтит народ, его идеалы героев, царей, граждан, друзей, мужей, жен, любви, детей.
Надо учить молодежь, что непонимание Пушкина есть величайшая неблагодарность, что, не понимая Пушкина, нельзя назваться { Было: стать} даже русским человеком.
Это был не барин, жалеющий русского мужика за его горькую участь, это был человек, сам перевоплощавшийся в душу простолюдина, в суть его, почти в образ его. Люби то, что я люблю.
Он влюбился в русскую суть его, он признал эту суть за идеал. Не говоря уже о том, что первый он сказал: "Ув<ижу ли народ освобожденный>"...
Лермонтов точно так же отдался бы весь народу, но это суждено Некрасову.