Новые судебные уставы -- самая последовательная из буржуазно-демократических реформ 1860-х годов. Этим обстоятельством и объясняются резкие нападки на гласный суд консервативной прессы и требования судебной контрреформы в 1870--1880-х годах. См. об этом в книге: В. А. Твардовская. Идеология пореформенного самодержавия (M. H. Катков и его издания). М., 1978, стр. 141--148, 243--252.
Стр. 54. Недавно "Московские ведомости", No 262-й, сделали в своей передовой статье следующее замечание... -- Далее Достоевский цитирует передовую статью "Москва, 21 октября" (МВед, 1877, 22 октября, No 262). Стр. 55. "Новое время" заметило по этому поводу на другой же день ~ что "Правительственный вестник" разумел, может бить, просто какую-нибудь болтовню в публике, вовсе не имеющую такого значения. -- "Новое время" писало по этому поводу не "на другой день", а через три дня, в отделе "Среди газет и журналов": ""Моск<овским> ведомостям" грезится Россия, опутанная сетью коварных интриг <...> Нам кажется, что или "Московские ведомости" поторопились сделать свои выводы, или их корреспондент слишком поусердствовал. Опровержение нашей официальной газеты касалось вздорных слухов, естественно возникающих вдали от театра военных действий при недостатке точных сведений, а вовсе не приписывало этих слухов какой-либо вредной партии" (НВр, 1877, 25 октября (6 ноября), No 596). Приводим наиболее существенные выдержки из сообщения "Правительственного вестника", различно истолкованные "Московскими ведомостями" и "Новым временем": "В последнее время в здешней столице нередко начали распространяться неверные сведения и слухи о ходе дел на театре военных действий <...> К сожалению <...> напряженное внимание и весьма естественное желание следить за всем происходящим в районе действий наших войск лишает многих возможности относиться к распускаемым ложным и большею частью тревожным слухам с надлежащею осторожностью и тем недоверием, которого слухи эти <...> заслуживают. Самым осязательным и наглядным подтверждением всему вышеизложенному может служить настойчиво и быстро распространившийся на днях слух о том, что турки, атаковав превосходными силами отряд генерал-адьютанта Гурко, завладели вновь важными позициями у Горного Дубняка <...> Слух этот<...> был распускаем по городу именно в то время, когда часть отряда генерала Гурко победоносно выполняла возложенную на нее обязанность, занимая важный в стратегическом отношении укрепленный пункт у Телища. Равным образом все распускаемые сведения и слухи, почерпнутые из телеграфических известий или корреспонденции некоторой части заграничной прессы, не заслуживают никакого доверия" (ПВ, 1877, 19 (31) октября, No 230).
Стр. 55. Теперь уже не май месяц; теперь уже все знают и пишут о клерикальном всемирном заговоре... -- Из новых сообщений о происках клерикалов в Западной Европе, и в частности во Франции, едва ли могли не привлечь внимания Достоевского следующие: "С каждым днем все более и более выясняется, что империя под знаменем папы составляет цель деятелей Елисейского дворца, держащих в руках нити официозного движения" (НВр, 1877, 30 сентября (12 октября), No 571). И еще: "Корреспондент "Кел<ьнской> газ<еты>" пишет из Парижа 26 сентября (8 октября). Почти все французские епископы обращаются к своей пастве с избирательными посланиями, и не подлежит сомнению, что клерикальное движение в пользу официальных кандидатов ведется по особому плану, утвержденному в Риме" (там же, 3 (15) октября, No 574).
Стр. 55. ... даже самые либеральные из наших газет согласились, что заговор этот имеет свою силу. -- Достоевский имеет в виду газету "Голос", одну из статей которой цитирует и комментирует ниже.
Стр. 55. Вот еще выписка, но уже из "Нового времени", M 587. "Новое время" в отделе своем "Среди газет и журналов" цитует мнение "Голоса"... -- "Выписка" эта заимствована Достоевским из газеты "Новое время", 1877, 16 (28) октября, No 587.
Стр. 56. Уж одно известие о кандидатуре Ледоховского, несомненно польского происхождения... -- Это известие, появившееся в одном из польских журналов (или газет) и повторенное "Голосом" (около 16 (28) октября, No 247). О Ледоховском см. ниже, примеч. к словам: "...в состоянии бы был так шлепнуться избранием...".
Стр. 56. ... римский конклав, наполненный такими тонкими умами... -- Достоевский отождествляет с конклавом коллегию римских кардиналов. Конклав в более точном значении этого слова (от лат. conclave -- запертый зал) -- собрание кардиналов католической церкви, созываемое для избрания нового папы обычно на "одиннадцатый день после кончины папы" (см. наст. изд., т. XXV, стр. 421). Впрочем, в 1877 г. коллегия кардиналов, с согласия самого папы, собиралась нарушить этот обычай. "Ватикан,-- сообщали "Московские ведомости",-- воспользовался пребыванием в Риме монсеньера Гибера (архиепископа парижского; см.: Г, 1877, 30 мая (11 июня), No 108,-- Ред.), чтобы устроить несколько кардинальских собраний, на которых обсуждались самые важные интересы римской церкви. Говорят, что на этих собраниях установилось соглашение относительно мер, которые следует принять на случай упразднения папского престола. Новый папа должен быть избран как можно скорее. <...> Таково мнение самого Пия IX. Что касается будущего конклава, то по этому поводу обсуждался вопрос, где будет удобнее собрать его, в Риме или в чужих краях. В этом последнем случае Ницца была предложена как самое удобное место для означенной церемонии. Самым серьезным кандидатом на папский престол считают вообще кардинала Каноссу, епископа Веронского <...> Кардинал Каносса пользуется расположением значительного числа своих товарищей, в особенности иезуитов" (МВед, 1877, 28 июня, No 160).
Согласно закону, коллегия кардиналов насчитывала 70 человек, из них не менее 25 человек -- не итальянского происхождения (см.: там же, 21 июня, No 153, отдел "Последняя почта"). Как видно из процитированного отрывка, весьма значительную прослойку в коллегии составляли кардиналы-иезуиты. По всей вероятности, этим объясняется, быть может, ироническое замечание Достоевского о "тонких умах", наполняющих "конклав". Достоевский едва ли мог знать поименно всех членов коллегии кардиналов, но газеты упоминали по временам о наиболее влиятельных из них, а также о тех, кто удостаивался этого звания. Таковы (кроме упомянутых выше Гибера и Каноссы): "кардинал Франки, имеющий надзор за иностранными миссиями во всех странах света" (там же, 14 июня, No 146); кардиналы князь Гоэнлое и Берарди (там же, 11 июля, No 172; НВр, 1877, 18 (30) сентября, No 559); кардинал Симеоне, "новый статс-секретарь умирающего папы" (там же, 15 (27) мая, No 434, "Ежедневное обозрение"); "князь-архиепископ венский Кучкер, архиепископ загребский Михайлович и епископ болонский Парокки", возведенные в звание кардиналов в июне 1877 г. (МВед, 1877, 17 июня, No 149, отдел "Последняя почта"). Через несколько дней та же газета сообщила о вручении "кардинальских беретов" кардиналам Нашимеито, Бенавидесу, Пайа, Дешану и Каверо (там же, 21 июня, No 153, отдел "Последняя почта").
Стр. 56. ... в состоянии бы был так шлепнуться избранием Ледоховского ~ а не римского и всемирного владычества пап. -- С 1865 г. граф Мечислав-Галька Ледоховский (1822--1902) был архиепископом познанским. На Ватиканском соборе 1870 г. выступал ревностным защитником догмата непогрешимости папы. В ноябре 1870 г. ездил в Версаль, чтобы расположить Вильгельма I в пользу восстановления светской власти папы. В 1873 г. Пий IX назначил Ледоховского польским примасом, в 1875 г. -- кардиналом.
На действия Ледоховского, утверждавшего, что его цель -- "восстановление ойчизны" <отчизны, родины (польск.)у, русская печать указывала еще в начале лета 1877 г.: "3-го (15-го) июня в Познани сделан был полицией обыск в квартире викария Хотковского, по поводу адреса папе, составленного викарием и прочитанного им в собрании поляков-католиков в Обре. В составлении этого адреса и собирании к нему подписей прокуратура нашла признаки возбуждения населения, что и послужило основанием обыска. Между тем адрес уже доставлен папе при посредстве графа Ледоховского" (НВр, 1877,11 (23) июня, "No 460). Достоевскому безусловно известно было и следующее сообщение, напечатанное месяцем позже той же газетой: "В гостиных польских аристократов и шляхтичей (Галиции, входившей в состав Австро-Венгрии,-- Ред.) говорилось за последнее время, ни мало не стесняясь даже присутствием чиновников немецкой национальности, о предстоящем восстании <...> Усилению брожения среди <...> легко воспламеняющихся умов немало способствуют наехавшие со всех сторон в Вену и в Галицию польские эмигранты <...> В агитации принимают участие лица, пользующиеся большим влиянием в Ватикане, между прочим, кардинал Ледоховский, который в бытность свою архиепископом вовсе не разделял тех мнений, которых в настоящее время он является одним из самых рьяных сторонников. Результатом всей этой лихорадочной деятельности может быть не более как какая-нибудь глупая попытка к восстанию..." (там же, 10 (22) августа, No 520, "Внешние известия", подотдел "Славяне в Австрии").