Байрон. 1-й период. Говорят о каких-то подражаниях.
NB. "Цыганы".
Разве бывают с такой страстною духовною силою подражатели? В "Цыганах", например, поэме, бесспорно относящейся к первому периоду деятельности Пушкина.
Одно написано раньше, другое позже.
Он не у себя, он не дома. Он не знает, что ему у себя делать, { Далее было: на своей ниве} и чувствует себя у себя же самого {у себя же самого вписано. } чужим; там, в тех счастливых, по его мнению, странах, где жизнь, кажется ему, кипит горячим, стремительным ключом, полна, самостоятельна. Правда, он болен { Между строк вписано: Фурье} уже и вечным идеалом. Это тот же Алеко, искавший идеала. -- Правда, и он любит родную землю, но родной правде {родной правде вписано. } он не доверяет, верит в невозможность работы на родной ниве, а на верующих в эту возможность глядит с грустной насмешкой. Не такова Татьяна: у той инстинкт, у той крест и тень ветвей.
Но манера глядеть свысока заставила его и не узнать { Над строкой начато: не от} Татьяну, что не "нравственный эмбрион" она только. Правда, мешала л светская манера, фатство, рабство и лакейство души перед авторитетом. Явись Чайльд-Гарольд оттудова, из своего места, и влюбись в маленькую девочку Татьяну, { Над строкой вписан вариант: туда, в эту деревню, и заметь Татьяну} покажи ей уважение, и Онегин тотчас же был бы поражен { Выше вписано: на нее} и удивлен, конечно на время, тотчас же бы оценил высоко прелестную девушку и на время возвел бы ее в свой идеал. Ибо никакая Татьяна не наполнила бы проклятую, беспредметную тоску его. Навеки оторвавшись от почвы, он не знает и не понимает никакой жизни. {Ибо никакая Татьяна ~ никакой жизни, вписано. } Но этого не случилось, там все Зарецкие и Ленские, которых он презирает откровеннейшим образом. Он отделался фатской проповедью, хотя и показал себя честным человеком.
Но вот он встречает ее уже знатной придворной дамой. Нет, она не то, что Онегин. Кто сказал, что ее уже успел развратить модный свет и тщеславие -- если не развратить, то по крайней мере испортить и отравить -- нет, у ней всё те же крест и тень ветвей и 1-ый идеал в душе. О, как она искренна в ту минуту! Но зачем же она не отдалась Онегину? Кому верна, зачем верна? -- Тому, кто ее любит. Тут трагедия. Соблазнительная честь.
О, не мщение женщины, но зачем же она не отдалась ему.
Кто он? Нет, это он нравственный эмбрион.
Ведь он забыл ее совершенно и, увидя в светлом величии.