Он слышал все, все!
Он действительно не вошел, а вбежал, бледный от волнения и от ярости. Зина смотрела на него с изумлением.
— Так-то вы! — вскричал он задыхаясь. — Наконец-то я узнал, кто вы такая!
— Кто я такая! — повторила Зина, смотря на него как на сумасшедшего, и вдруг глаза ее заблистали гневом.
— Как смели вы так говорить со мной! — вскричала она, подступая к нему.
— Я слышал все! — повторил Мозгляков торжественно, но как-то невольно отступил шаг назад.
— Вы слышали? вы подслушивали? — сказала Зина, с презрением смотря на него.
— Да! я подслушивал! да, я решился на подлость, но зато я узнал, что вы самая... Я даже не знаю, как и выразиться, чтоб сказать вам... какая вы теперь выходите! — отвечал он, все более и более робея перед взглядом Зины.
— А хоть бы и слышали, в чем же вы можете обвинить меня? Какое право вы имеете обвинять меня? Какое право имеете так дерзко говорить со мной?
— Я? Я какое имею право? И вы можете это спрашивать? Вы выходите за князя, а я не имею никакого права!.. да вы мне слово дали, вот что!