Л. 1
Социалисты -- Помета, отсылающая к содержанию речи графа Биконсфильда (Бенджамина Дизраэли), премьер-министра Великобритании в 1874--1880 годах, произнесенной им 19 августа (7 сентября) 1876 года на банкете Центрального общества скотоводства и земледелия в Букингемшире. Речь была посвящена сербо-турецкой войне, причины которой Дизраэли объяснял влиянием "тайных обществ Европы" и "социалистов" (подробнее см.: 23, 396; 24, 484, примеч. В. Д. Рака). Ср. в окончательном тексте (23, 108).
Константинополь. Ложн<ые> обви<нения>. Аксиома. -- Запись нашла отражение в § II "Слова, слова, слова!" гл. 1, где Достоевский рассматривает "одну аксиому": "...никогда не будет такого момента в Европе, такого в ней политического состояния вещей, чтобы Константинополь не был чьим-нибудь, то есть не принадлежал бы кому-нибудь" (23, 113). Ср. в окончательном тексте (23, 113).
Европейскому равновесию повинна одн<а> Россия -- Москов<ские> вед<омости> -- В § II гл. 1 критически оценивается расхожее мнение, что "Константинополь в конце концов будет никому не принадлежать <...> Охранять же его будет европейское равновесие" (23, 112). По поводу "европейского равновесия" Достоевский замечает: "Когда же случалось и России -- не нарушить что-нибудь, а лишь чуть-чуть подумать о своем интересе, -- то тотчас же все остальные равновесия соединялись в одно и двигались на Россию: "нарушаешь-де равновесие"" (23, 113). Мысль о том, что Константинополь, являющийся исторической частью Древней Греции, в результате распада Византийской империи, "составляет теперь в тесном юридическом смысле res nullius, предмет, никому не принадлежащий", высказывалась Н. Я. Данилевским (Данилевский Н. Я. Россия и Европа. М., 1991. С. 372). О Константинополе как "вольном городе" писал также английский публицист Джеймс Льюис Фарли (1823--1885) в книге "Turcs and Cristians. A Solution of the Eastem Question" (См.: Голос. 1876. 16 сент. No 256. С. 1--2). В окончательном тексте Достоевский уточняет, что идея о "вольном городе" -- это и "дипломатическое мнение" (23, 112). Возможно, писатель имел в виду Н. П. Игнатьева (1832--1908), бывшего в 1864--1877 годах послом в Константинополе (см. наброски к октябрьскому выпуску "Дневника" в записной тетради 1876--1877 годов -- 24, 271). Что касается "нарушения равновесия", то в русской прессе оживленно обсуждалась реакция Европы на возможное участие России в сербо-турецкой войне. По сообщению "Голоса", в английской газете "Times" появилось известие, "что сербы, будто бы, с тревогой (?!) смотрят на участие русских в их деле и боятся вооруженного вмешательства России, потому что оно должно, будто бы, привести к подчинению Сербии "северному колоссу"" (Голос. 1876. 14 авг. No 223. С. 1. Ср.: Голос. 1876. 24 авг. No 233. С. 1). "Московские ведомости" тоже указывали на распространяемое иностранной печатью мнение, что "сербские патриоты взирают с негодованием на помощь, идущую из России деньгами и волонтерами, опасаясь ее агрессивности и отвращаясь от всеобщей воинской повинности и высоких налогов. Этим грубо намекается, что русское сочувствие клонится к захвату Сербии" (Московские ведомости. 1876. 20 авг. No 212. С. 2).
Редко кто понимает Восточный вопрос -- (Из Суворина как будто для Австрии) -- Ср. с записью в черновом автографе: "Но, впрочем, я не буду писать о Восточном вопросе. Я утверждаю лишь, что его никто не понимает в Европе и в мире, что никогда не было таких потемок и такого недоумения, как теперь, пред его разрешением!" (23, 286). Данным записям текстуально близки наброски "Мало понимают", "Но я не буду писать ~ сам собою" (л. 1). Пояснение в скобках "Из Суворина как будто для Австрии" позволяет выявить источник, к которому восходят комментируемые заметки: это газета "Новое время", издателем и редактором которой был А. С. Суворин (1834--1912). В сентябре 1876 года в "Новом времени" особое внимание уделялось австрийской политике, в связи с тем что Австро-Венгрия отказалась подписать представление европейских держав Турции, в котором содержалось требование перемирия. Позиция Австро-Венгрии была истолкована как демонстрация лояльности по отношению к Турции. В передовой статье "Нового времени" за 13 сентября 1876 года анализировались причины обособления Австро-Венгрии, которые связывались с угрозой распада Австрийской монархии. В "Новом времени" за 15 сентября 1876 года добавлялось, что из "восточного вопроса легко может возникнуть австрийский вопрос, и поэтому в поединке между Австрией и Россией непосредственно затронут вопрос о существовании Австрийской монархии. Интересы России и Австрии на Востоке диаметрально противоположны; первая желает основания славянских государств, а вторая, наоборот, видит в этом опасность для своего существования" (Новое время. 1876. 15 сент. No 197. С. 3). Очевидно, в корреспонденциях об Австрии Достоевский нашел созвучные ему наблюдения на тему "бескорыстия" России и "эгоизмов" Европы в восточном вопросе.
Все эгоизмы соединились ~ Россия без эгоизма -- Достоевский определяет отношение к восточному вопросу краткой формулой "все эгоизмы соединились", значение которой раскрывается уже на первых двух страницах сентябрьского выпуска "Дневника" (23, 107). К указанному отрезку рукописи относится также помета в верхнем правом углу л. 1, сделанная более крупным почерком и вобравшая самую суть высказанного Достоевским в окончательном тексте: "Именно кем-то укушенные в бреду ничего не понимающие люди". Содержание записи "Россия без эгоизма", антиномичной предшествующему выражению "все эгоизмы соединились", отражено в том же § "Piccola bestia" (23, 107).
Чудное мнение: вытолкать из Европы (буквально) Халаты и мыло -- В § IV "Халаты и мыло" гл. 1 Достоевский отмечает абсурдность предложения, обсуждавшегося в прессе, "уничтожить Турцию совсем и выдвинуть ее обратно в Азию <...> буквально, вещественно взять и перевезти всех турок куда-нибудь туда, в Азию" (23, 119). План изгнания турок в Азию поддерживали, помимо лидера английских либералов У. Ю. Гладстона (1809--1898), английский политик Д. Рассел (1792--1878), экономист Т. Брасси (1837--1887) и публицист Д. Л. Фарли; данная точка зрения была подробно освещена в передовой статье "Голоса" за 16 сентября 1876 года (Голос. 1876. 16 сент. No 256. С. 1--2). Иронизируя над усложненностью проекта, Достоевский вспоминает пример из русской истории -- взятие Иваном Грозным Казани в 1552 году -- и указывает на более естественный ход событий: "Немного спустя -- и казанцы начали нам продавать халаты, еще немного -- стали продавать и мыло. <...> Прошло бы немного -- и турки тотчас же принялись бы нам продавать халаты, а еще немного -- и мыло, и, может быть, даже лучше казанского" (23, 120). Тематическое сходство с данным отрывком печатного текста имеют записи "Халаты, может быть, даже лучше казанских ~ получит страшный толчок" и "Из Москвы немедленно пришлют колокол" (л. 1). Последняя запись касается рассуждений Достоевского о том, что разрешение восточного вопроса возможно, если "уничтожить калифат политически", а именно: "тотчас же бы отслужили молебен в Святой Софии; затем патриарх освятил бы вновь Софию; из Москвы, я думаю, в тот же день подоспел бы колокол, султана бы вывезли куда следует, -- и тем всё бы и кончилось" (23, 120). Сам характер ассоциации "Константинополь -- храм Св. Софии -- взятие Казани", возможно, навеян работой А. Н. Майкова "Из рассказов о русской истории", имевшей подзаголовок "Взятие турецким султаном Магометом II Константинополя. Москва -- Третий Рим. Покорение, при царе всея Руси Иване Васильевиче Грозном, мусульманских царств: казанского, астраханского и сибирского". Статья А. Н. Майкова была опубликована в журнале "Заря" в августе 1869 года (No 8. Отд. I. С. 1-53). Данный номер журнала упоминается в списке книг, входивших в состав библиотеки Достоевского (Десяткина Л. П., Фридлендер Г. М. Библиотека Достоевского // Достоевский. Материалы и исследования. Л., 1980. Т. 4. С. 261). Истолкование отмеченных исторических событий в статье А. Н. Майкова позволяет установить аналогии с рядом высказываний Достоевского, процитированных выше. Отметим сходство в описании вступления царя в Казань: "...царь, духовенство, войско торжественно вступили в Казань; духовенство впереди шло с церковными хоругвями и крестами; обошли стены, кропили святою водой -- и выбрав место для постройки соборного храма, водрузили на нем крест" (Майков А. Из рассказов о русской истории. С. 34). Кроме того, А. Н. Майков также подчеркивал добровольный характер обращения казанцев в христианство, утверждая, что Иван Грозный предписал своим подданым поучать иноверцев "закону христианскому" и "разговаривать с ними кротко, тихо, с умилением, а не жестоко и не со страхом", в результате чего "очень скоро несколько тысяч магометан и язычников обратились в христианство" (там же. С. 35).
В Современны<х> известия<х> Странное мнение -- Запись "Странное мнение" предвосхищает вступление к § II "Слова, слова, слова!" гл. 1, начинающееся фразой: "Несколько мнений, наших и европейских, о разрешении Восточного вопроса, решительно удивительны" (23, 112). Контекст записи "В Современны<х> известия<х>", к сожалению, недостаточен, чтобы конкретизировать, что же и в какой из публикаций в газете "Современные известия" Достоевский мог счесть "странным". В рабочей тетради 1876--1877 годов, в набросках к сентябрьскому выпуску "Дневника", "Современные известия" упоминаются дважды (24, 259, 263; 24, 484--485, примеч. В. Д. Рака). Оба наброска из записной тетради довольно сложно соотнести с комментируемым текстом. Более вероятно, что помета "Странное мнение" -- это дополнение к расположенной строкой ниже записи о "Вестнике Европы", содержащей подготовительный набросок к полемике с сентябрьским "Внутренним обозрением" журнала "Вестник Европы" (см. комментарий к записи "Такие моменты выше всей вашей науки ~ А народ добр, прям, умен, ясен"). Основания к тому, чтобы связывать слова "Странное мнение" с упомянутым наброском, дает содержание § I "Застарелые люди" гл. 2, в которой разворачивается полемика с "Вестником Европы" (23, 122). Определение "странный" появляется дважды именно при обращении Достоевского к статье из "Вестника Европы" и, что немаловажно, именно в характеристике "интеллигентной части". Поскольку помета "Странное мнение" не имеет знаков отнесенности к конкретному отрезку основного текста, а содержание ближайшего контекста позволяет трактовать место ее расположения двояко, то целесообразнее при публикации текста оставить эту помету так, как она размещена в рукописи.
Не одн<и> Генералы. Но интеллигентная часть. Вестник Европы -- Ему не нр а вится. -- См. комментарий к записи "Такиемоменты выше всей вашей науки ~ А народ добр, прям, умен, ясен".
Эгоизмы Австр<ии> (Суворин) -- См. комментарий к записи "Редко кто понимает Восточный вопрос -- (Из Суворина как будто для Австрии)".