Приезжай, брат, скорее. В припадке страшной нужды я могу достать денег. Но знаешь ли, сколько мне нужно самому? По крайней мере 300 руб. сереб<ром> к 1-му октября. Из этих денег 200 будут отданы за долги, а 100 истратятся на меня самого, и всё это, если еще будут деньги. На всякий случай я тебе напишу всё то, что я могу осуществить до 1-х чисел октября, если б предстояла крайняя надобность.
От Краевского -- 50 р. сереб<ром>
От Некрасова -- 100 "
В одном месте -- 50 сереб <ром>6
И продав право изд<ания> "Бедн<ых> люд<ей>" -- 200 сереб<ром>
400 руб. сереб <ром>.
Этот куш хороший, но он меня разорит, приняв в соображение продажу "Бедных людей".7 Мне некогда издавать "Бедных людей". Но чрез одну типографию я надеюсь их напечатать без денег.8 Если бы ты здесь случился, ты бы похлопотал об этом, и тогда мы бы всю зиму получали да получали. -- Ты не дурно сделаешь, если приедешь как можно скорее. Скажу тебе, что, может быть, есть надежда, что работа, об которой я тебе писал прошлый раз, будет у тебя, если ты будешь в городе.9 Кроме того, есть одно издание к Новому году, колоссальное, затеваемое с огромным капиталом, в котором тебе можно будет доставить много работы переводно-компиляционной. Кроме того, можно будет достать переводов у Краевского или у Некрасова, с которым я сойдусь для этого окончательно, чего он донельзя желает. Кроме того, есть еще одно издание к Новому году, да еще одно. 10 И все будут осуществлены.
Как жаль, что ты не доперевел театр Шиллера. Если б он был весь, его бы можно было продать.11 Собери всё, что есть. На днях, когда я говорил Краевскому, что ты бы мог перевесть книгу для Географического общества (в прошлом письме) и что ты знаешь немецкий язык и перевел всего Шиллера, Краевский вдруг спросил необдуманно: А где его перевод? И потом вдруг замолчал, одумавшись. Хоть не в "Отечеств<енные> записки", а Краевский мог бы содействовать приобретению.
Ну прощай, мой милый. Многого не написал, что хотел, ей богу некогда.
Твой весь Ф. Достоевский.