Мимоходом завидуешь его невинности и сознаешь к нему долг свой как богатого класса к народу.
Но идиллические чувства сменяют<ся> фурьями. {Каждый летит ~ фурьями. вписано. } <137>
Черновой автограф (ЧА)
Ниже я помещаю письмо, или, лучше сказать, полписьма "одного лица" в редакцию "Гражданина". { Далее было: все письмо напечатать было никак невозможно.} Это всё то же "лицо", вот тот самый, который уже отличился раз в "Гражданине" насчет "могилок". { Далее было: На этот раз я должен несколько предуведомить читателей уже от себя [насчет характера этой личности], чтобы было понятно дальнейшее. [Но прежде того сделаю оговорку и о самом себе].} Признаюсь, я напечатал <?> эти "могилки", или, лучше сказать, этот "Бобок", единственно чтоб от него отвязаться. Не тут-то было. {Признаюсь ~ Не тут-то было, вписано. }
Во-первых, это "лицо" решительно выступает моим защитником { Было: защитником моим} против литературных "врагов" моих. { Вместо: литературных врагов моих -- было: нападок на меня журналистов} Он написал уже за меня и в пользу мою "три антикритики", две "заметки", три "случайные заметки", одно "по поводу" и, наконец, "наставление как вести себя". В этом последнем сочинении своем он под видом наставлений "врагам моим" кончает тем, что нападает на меня самого { Далее было: именно за то, что я [молчу и] не отвечаю "врагам" моим} и нападает в таком даже тоне, что я ничего подобного, по энергии и ярости, не встречал даже и у "врагов" { Вместо: и у "врагов" -- было от "врагов"} моих. { Далее было: Мое смирение не могло обезоружить эту энергическую личн<ость>.}
Одним словом, редакция буквально задавлена статьями этого неугомонного "лица". { Вместо: задавлена статьями этого неугомонного "лица" -- было: задавлена его статьями} Я приступил наконец к мерам решительным { Было:[Мое смирение не] Видя, что смирение мое не могло его обезоружить, я приступил наконец к мерам решительным} и резко заявил моему непрошенному заступнику, что, во-первых, { Далее было: сам умею постоять за себя} некоторым "врагам" моим { Вместо: "врагам" моим -- было: изданиям} я вовсе не могу отвечать и не стану, до тех пор пока они сами не изменят характер своих нападений; мало того, что я сам умею защитить себя, и у меня вовсе нет никаких "врагов" моих, и что это только так и призрак, {что я сам ~ призрак вписано. } что и время уже прошло, ибо весь этот гам журналистов, раздавшийся с появлением {появлением вписано. } первого номера "Гражданина" { Далее было начато: как лично на "Гражданина", та<к>} сего 1873 года с такою неслыханною в литературе яростию, беспардонностью брани и простодушием приемов атаки, { Вместо: беспардонностью ~ атаки -- было: а. беспардонностью приемов и простодушием ругательств, чуть не... ну, одним словом, чуть не самых русских б. Начато: ругательств} теперь, { Далее было: вдруг} недели две, даже три тому назад, вдруг и неизвестно почему прекратился, { Далее было вписано: точно по данному знаку} точно так же как неизвестно почему и начался. Наконец, что если б я и вздумал отвечать некоторым из моих "обидчиков", { Было: критиков} то есть которым бы мог ответить, {то есть ~ ответить вписано. } то сделал бы это сам, без посторонней помощи. { Вместо: без посторонней помощи -- было: и без [его] всякой помощи.}
Он тотчас придрался к слову и пожелал узнать: { Вместо: Он тотчас ~ узнать -- было: На это заявление он ответил [немедленным], нахмурившись, немедленным вопросом} кому собственно я бы мог отвечать { Вместо: кому ~ отвечать -- было начато: а. кому бы я захо<тел> б. кому собственно я хочу отвечать?} и что разумею под словом "могу"? { Вместо: под словом "могу" -- было начато: а. под э<тим> б. под "мо<гу>"?} При этом всё лицо { Вместо: все лицо -- было: губы} его сложилось <?> в самую ядовитую усмешку.
Чтоб не раздражать неугомонного человека, я признался ему, что, может быть, отвечу г-ну Z, разбиравшему мой роман в "Петербургских ведомостях", и г-ну H. М., говорившему обо мне, на ту же тему, в "Отеч<ественных> з<аписка>х". Но любопытный и назойливый человек ответом не удовольствовался и немедленно задал еще вопрос. Почему хочу отвечать этим именно, а всем остальным нападчикам не хочу отвечать?
Уступив раз, я должен был уступить и другой, а потому смиренно пояснил ему, что другим нападчикам я не стану отвечать по причинам, уже известным публике из первого No "Гражданина". Г-ну же Z отвечу потому отчасти, что он в разборе моего романа "Бесы" пропустил мысль, что если я и изменил мои убеждения, то произошло это во мне искренно (то есть не из видов, а, стало быть, честно), и что фраза эта меня даже тронула.
Насчет же г-на H. М. в "Отечеств<енных> записках", то ему отвечу единственно за не виданную еще мною в литературе пламенную и детскую (по чистоте) [чув<ств>] его искренность, с помощию которо<й> он изобрел "Народ" { Вместо: отвечу ~ "Народ" -- было: отвечу единственно sa детскую и пламенную искренность, с которою он изобрел "Народ"} и желает обновить весь русский {русский вписано. } мир новым и неслыханным мною доселе "консервативным социализмом". { Вместо: новым ~ социализмом" -- было: "консервативным социализмом"} Я прибавил, что если и буду когда-нибудь отвечать, { Было: Высказав это, я немедленно и торопливо пояснил любопытному, что если и буду отвечать} то намерен ответить вовсе не прямо на тему, то есть не в защиту моего романа "Бесы", { Вместо: изложу лишь -- было: напишу лишь по поводу} а изложу лишь { Далее было начато: о котором скажу разве толь<ко>} несколько мыслей о наших русских социалистических идеях и о том, как я это разумею. { Вместо: несколько мыслей ~ это разумею. -- было: а. несколько мыслей насчет течений русского социализма б. несколько мыслей о нашем русском социализме}