Анна Андреевна о Бьоринге и о ней. Его больное место Бьоринг.
Подросток восклицает в негодовании и разожженный мщением.
Конец главы: "Новый мир! "
[Когда Версилов при выходе хотел сказать про Ламберта, Подросток хватает руку и говорит: "Но я вам не прощу Ламберта!" (О безобразии.) "Может быть, правы и вы, я не оправдан весь, не праведник <?> но -- между нами ров, который никогда не исчезнет".
Версилов. Ни слова, ни слова, не говори ни слова; оставь меня. Ну да, ты, наверное, правее всех.] Рядом с зачеркнутым текстом на полях: ИНАЧЕ:
Подросток тут тоже о Версилове. Но виновата ОНА, а не ОН, ее интриги. Тут не любовь: "Я несколько создал себе представление об этом чувстве, Анна Андреевна. Тут обида, обида Версилову, может быть и взаимная, а не что другое".
Анна Андреевна. Он бы, кажется, не ребенок (иронически).
Подросток. Да, но он человек. ОН шел с какою-то целью, у него, наверное, есть какая-то тайная цель, и она всему помешала. Я не знаю, что тут было, но в их встрече было что-то роковое. Может быть, я когда-нибудь и узнаю, хотя ОН и замкнут, но... теперь я хочу всё бросить и, может быть, не отомщу, слышите: может быть, не отомщу. Не, не, слышите, Анна Андреевна, не. Я, как честный человек, должен был вас предупредить в этом. Вы чего-то от меня ожидаете? Ведь ожидаете, да, да?
-- Да, ожидаю. Я ожидаю, что вы за меня заступитесь (покраснела очень и потупилась).
-- Ну так лучше не ожидайте, потому что, может быть, ничего не будет! Рядом на полях: Вам, такой девушке, нельзя было связаться с мерзавцем Ламбертом.