-- Друг мой, я готов содержать тебя. Но ты отверг.
-- Но ведь меня тетки содержали.
-- А ведь это и правда, с самого Сушара. Добрый это Сушар -- а?
По мере того как я излагал ЕМУ мою идею, мне казалось, что я изменял чему-то, изменил идее, и по мере того как развивал ее, сам терял в нее веру. Когда ОН ушел, я воротился грустный, почти как разбитый.
ОН говорит Подростку в невоздержных признаниях своих: "Ах, в эти минуты как желаешь себе какую-нибудь горячку или даже хоть лихорадку: я бы лежал, а они бы ходили около, страдая угрызениями совести, трепеща и стеная от страха и раскаяния, раздавленные и наказанные. Но не посылает бог ни горячки, ни даже какой-нибудь ничтожной febris catarhalis, {катаральная лихорадка (лат.). } здоров как бык!
В вагоне:
Я -- и вдруг выпалил, не знаю почему: "Вы меня, конечно, узнали".
Лиза, Так как я с вами не говорю и смотреть на вас не хочу, вы, конечно, должны были догадаться, что я вас узнала.
Украден сак. (Дурак.) Все осмотрелись. Лиза села. Маленький сак, украден.
Лизе. "Позвольте, я, кажется, положил его. Вот! Каким образом он здесь очутился?"