-- Ах боже мой, именно, ведь он и теперь стоит.
-- Ну да, стоит, потому что действительно анекдот прелестный: "дошло до государя". Да ведь у него душа пела в ту минуту, когда он представлял { Далее было: в идеале} своего героя государю. {Ах боже мой ~ государю.-- вписано на полях. }
Но я не поднял, я смолчал, из приличия, из джентльменства, из стыда, из эстетики, так сказать, не то, какой уж бы я был джентльмен после этого? { Вместо: из эстетики ~ после этого? -- начато: и из-за того; что ж бы я был}
Дай всегда немного соврать человеку, это невинно. Даже много дай соврать. Во-1-х, это покажет лишь твою деликатность, а во-2-х, за это тебе тоже дадут соврать -- две огромные выгоды разом. Que diable, {Черт возьми (франц.). } надобно любить своего ближнего.
Точно так же повторяешь остроумные слова { Вместо: остроумные слова -- было: остроты} князя Меньшикова и про voilà Mr qui se leva {И вот господин встал (франц.). } (Киселев, т. е.). Но это уже несколько тоном повыше. Я еще застал всё это, но это и до сих пор существует.
Или что англичане давали миллион Завьялову, чтоб он не клал своего клейма.
Друг мой, личность всегда будет, а социалисты это пропустили.
Только ты бойся сам рассказывать эти анекдоты, это верх непорядочности, и ты утопишь себя с 1-го шагу в луже.
В этой же 2-й части у Князя с Стебельковым сношения, непременно нечто намекающее на дальнейшее, нечто такое, что Князя мучит и делает злым; вот в эту минуту и подвертывается Подросток. Одним словом, чтоб читатель предчувствовал дальнейшее (т. е. тамбовские акции). Подросток во 2-й половине 2-й части тоже идет к нему занимать деньги и -- NB: тоже не объявляя заране читателю о сношениях своих с Стебельковым.
Версилов говорит про коммунизм: с Москвы же и начнется, дров не будет топить, общие квартиры и отучатся от семейной жизни. Стало быть, и другие нравы пойдут -- и проч. в насмешливо-карикатурном виде.