Нет-с меня с этой стороны знают хорошо, и вам тут ничего не сделать. Если ж вы думаете, что уж вы так добили меня, то ведь это опять шиши в беспредельное пространство. Уверяю вас, что вы нам еще много чести придаете, что пишите 50 страниц на 3.
NB. Наивный человек оправдывается тем, что их подшпиговывает.
Положим, оно и выражает и идет к ним, но как, скажите, говорить и писать: обер-шиш господин Пыпин?
Может быть, оно даже и идет, но как сказать частному человеку: ты шиш, выговорить, напр<имер>: редакт<ор> "Современникам это обер-шиш г-н Пыпин или это маленький шиш г-н Антонович> или крошечный шишик с гражданской слезой такой-то. Это мерзость, как бы ни было метко это прозвище. Ни за что я их не стану называть обер-шишами.
От гражданских слез у них болят глаза, и все они с красными слезливыми глазами, точно в насморке.
Я, положим, согласен, что стена и чашка -- резки, но, однако ж, он литературным образом обокрал меня, без знаков <?>
Final. Над вами только можно смеяться и шутить, но говорить с вами серьезно нельзя, неприлично.
Тут перо дрожит и слюни на губах.
Это и должно было тем кончиться, дальше уж им нечего говорить; они кончили, как кончили все баричи. Потому что это баричи (quelques gentilhommes qui se sont occupés de la littérature). {несколько господ, занимающихся литературой (франц.). } Белая Арапия -- барская затея. А с Белой Арапией всё сказано, дальше некуда -- в безвоздушное пространство. { Далее было начато: Куда} Это остатки прежнего либерализма, имевшего свой исторический склад, но совершенно отжившего и присутствующего еще в огромной массе отживших людей, ходячих трупов, свободных от земли, отставших и никуда не приставших, которые представляют из себя вялое, пошлое поколение наших шатающихся даром {даром вписано. } лишних людей. Теперь наступают совсем другие идеи. Идеи почвы и <нрзб.> в неразрывности с идеей <нрзб.> с нар<одом>.
Они только еще зарождаются, но те уже чуют их и проклинают. <с. 73>