Как будто тут есть что-нибудь:
Помещать статью, хотя бы и в журнале с враждебным направлением. Тут ровно ничего дурного -- если вы помещали то именно, что вы в каждом журнале поместили бы. Другое дело начать петь с чужого голоса. <с. 142>
Да, я болен падучею болезней, которую имел несчастье получить 12 лет назад. { К словам: имел несчастье ~ назад -- вариант: получил в неприятную эпоху жизни.} Болезнь в позор не ставится. { Далее было: но если} Но падучая болезнь не мешает деятельности. Было много даже великих людей в падучей болезни, из них один даже полмира перевернул по-своему, несмотря на то, что был в падучей болезни. К каким приемам вы прибегаете.
У нас нет вестовщика. Ведь вы его не назовете. Назовите-ка. А вот вы так говорите, что у вас есть вестовщик. { Далее было: Заметьте, я не говорил ему, что он г-жа Музовкина.}
"Он мне сам { Вместо: сам -- было: много} говорил". Стало быть, вы меня знаете, зачем же прячетесь. Если вы знаете, то { Далее было начато: дол<жны?>} знаете и больше. Ну что ж вы можете сказать? Скажите. Не то ли, что у меня и доктор пил. Не то ли, что я, может быть, вам же делал добро. Я знал двух, которые мне напакостили { Вместо: мне напакостили -- было начато: отвернул<ись?>} и которые, кроме помощи, { Было: добра} ничего от меня не видели. Таких множество.
Вы не выставите ни одного факта про меня лично, про Федора Достоевского, чтоб я вилял из-за выгод, из-за почестей, из-за самолюбия.
Я с благородной гордостью говорю это.
Говорю и в литературе.
Но ведь это вещь серьезная (монастырка), ведь это извращение понятий юношества, извращение законов природы. Ведь эти понятия яд. До известной широкости понимания доходят, только перейдя юношество.
Вы подкрепляете свое свидетельство тем, что меня знаете. Если это не ложь, призовемте третейский суд, и тогда явитесь на него и докажите: что вы, во-1-х, меня видели в смешном положении, что я вилял когда-нибудь из выгод, чтоб я писал о честности, будучи вором, и, будучи вором, спекулировал бы на либерализм и на народные слезы, что я брал напрокат псевдонимы и, наконец, что на меня можно кому-нибудь плюнуть. Докажите, что я не честный литератор, и посмотрим, что скажет третейский суд. Что я когда-нибудь заботился очень о личном моем авторитете и проч.