Мама истерически расхохоталась, а папа впал в уныние — кота не нашли, и нет никакой надежды загнать семейство спать…
V
Теперь, когда более или менее ясно, что за семья живет на Гунибской улице, необходимо сказать о том, что же вокруг.
Нет города без улиц. Нет улицы без соседей, а сосед на Кавказе — явление исключительное. Прежде всего он страстный и чрезвычайно внимательный болельщик. Правда, не всегда ясно, за кого и почему он «болеет»!..
Раздался крик, сосед вскочил, и… между прочим, тут никогда не поймешь, отчего крик? Кто-то родился или умер? А может быть, в подарок какую-нибудь симпатичную штучку получил?!
Запомните, грузин на крик сначала бежит, потом начинает думать — куда и зачем, и уж на месте решает, бросаться ли в огонь, врезаться ли в драку, или терпеливо ждать, когда позовут. Здесь никому и в голову не придет переступать порог незваным или, боже упаси, задавать вопросы. Таков неписаный закон добрососедства. Не размышляя, грузин действует только в одном случае — когда в опасности чья-то ЖИЗНЬ!
Ночные крики в доме Датико Гопадзе, конечно, подняли на ноги и самых ближних, и самых дальних соседей. В непроглядной тьме тифлисской ночи стали маячить белые призраки.
Тут попросим прощения и поясним: в старом Тифлисе женщины и днем не слишком часто появляются на улице, а ночью и говорить нечего.
По ночам на улицу, если нужно, выходили только мужчины, а поскольку в те давние времена они были целомудренней, то, несмотря на жару, носили кальсоны и, ясное дело, имели весьма живописный вид. Трусы до коленей появились позднее, а на плавки не хватило бы даже богатого восточного воображения.
Все это сказано только затем, чтобы объяснить скопление белых фигур под балконом у Датико Гопадзе и под низкорослыми акациями напротив. Но особенно много добрых соседей толпилось как раз под балконом. Люди никак не могли понять, в чем дело? Которую ночь свет горит до утра, крики, хохот, плач?! Те, что посолиднее, даже раздражались: