На следующий день Реваз явился с живыми рыбками в большой стеклянной банке. Рыбки были странные: для аквариума слишком крупные, для сковородки — слишком мелкие. Откуда они, Реваз не хотел говорить. Небось купил у мальчишек на Куре.

Банку поставили посреди гостиной на ковер. Кот ринулся без приглашения, заглянул сверху, тотчас нагнулся и глянул сбоку, обошел банку два раза и снова нацелил нос на горло банки: бьет хвостом, щерится и словно бы потявкивает. Сводят его с ума эти рыбки. Лихорадочно соображает, как быть. Вдруг сел и принялся глядеть сквозь стекло на рыбок. Опять привстал и заглянул сверху — и раз лапу в воду! Тут же назад — лапой трясет, обрызгал всех, наспех лизнул мокрую лапу и опять нацелил нос сверху. Глядит. Думает. Додумался, наконец: лапу в банку, а сам нагнулся и глядит на рыбок сбоку и шарит лапой с выпущенными когтями — жуткое зрелище. Раз — и мимо, раз — и мимо! Законы физики обманывают рыболова.

И снова брызги, хохот, визг — гостиная полна соседей. Кинтошка, никого не замечая, обходит банку — справа налево, слева направо, опять садится, глазами пожирая рыбок, а то возьмет и отвернется, будто бы не замечает их, и вдруг с размаху — шлеп по банке лапой! Уже наполовину вымок, весь дрожит…

Эту пытку прекратила бабушка. Забрала банку и унесла на кухню. Кот не побежал за ней. Он преспокойно пересел на сухое место и заработал языком.

К этому времени Кинто достиг зенита звериной своей красоты и, добавим, незаурядных способностей.

Бабушка давно заметила, что кот выбегает в коридор на звонки. Только услышит — мчится к входной двери и на ходу злобно урчит. Совершенно иначе реагирует он на сухой щелчок замка, открываемого ключом! Знает — это свои. Широким шагом, плавно поводя хвостом, приближается к двери, ждет входящего, в ноги ему не кидается, но когда между ним и вошедшим остается два шага, поворачивается и бежит впереди — ведет в дом!

Этим он полностью отстоял свою независимость. Уходил в свои джунгли когда хотел и, заметим, не таясь! К утру, как правило, возвращался и допоздна спал в любимой своей спальне — в гостиной под столом, покрытым темно-вишневой плюшевой скатертью.

Круглый стол окружен четырьмя стульями. На сиденья ниспадают углы скатерти. Кинто забирается на один из этих стульев — снаружи его не видно.

Кота находили на ощупь. Если круглится на стуле теплый валик — значит, он тут. Ну а если нет — значит, он только что ушел или еще не вернулся.

XVII