-- Наврядъ ли: насъ четверо, а ихъ только двое, и они знаютъ, что мы насторожились и что умѣемъ распознавать слѣдъ не хуже ихъ самихъ. Ступайте за эти деревья: оттуда насъ не видно. Такъ! Ну, нагибайтесь, пока не минуемъ ольховникъ. Теперь надо итти скорѣй, потому что гдѣ два Ирокеза, тамъ, вѣрно, недалеко есть двѣсти.
-- Слава Богу, что я не взялъ Адель! -- вскричалъ де-Катина.
-- Да, сударь. Хорошо дѣлать себѣ изъ жены товарища, но не на границахъ области Ирокезовъ или какой-нибудь другой индѣйской страны. Ахъ, вотъ и рѣчка Аджидіумо, гдѣ индѣйцы ставятъ сѣти на осетровъ. До Пуату еще семь миль.
-- Значитъ, мы не дойдемъ до сумерокъ?
-- Думаю, что лучше нарочно дождаться сумерокъ. Разъ ирокезскіе развѣдчики зашли ужъ сюда, то ихъ, вѣроятно, множество вокругъ Пуату, и послѣдняя часть пути будетъ для насъ самою опасною, тѣмъ болѣе если эти двое побѣгутъ впередъ и предупредятъ прочихъ.-- Онъ помолчалъ съ минуту, наклонивши вбокъ голову и напрягая слухъ, потомъ прибавилъ:-- Клянусь св. Анною, мы отъ нихъ еще не отдѣлались. Они все идутъ по нашему слѣду.
-- Вы ихъ слышите?
-- Да, они недалеко. Ну, на этотъ разъ они увидятъ, что могли бы и не ходить за нами. Вотъ, я вамъ покажу лѣсной фокусъ, котораго вы, пожалуй, еще не видали. Снимайте мокасины.
Де-Катина стащилъ башмаки, то-же сдѣлалъ и дю-Лютъ.
-- Надѣньте ихъ вмѣсто перчатокъ,-- сказалъ піонеръ, и минуту спустя Ефраимъ Саваджъ и Амосъ надѣли себѣ на руки обувь товарищей.
-- Мушкеты можете укрѣпить на спинѣ. Такъ. Теперь ступайте на четверенькахъ, сгибайтесь хорошенько, давите руками покрѣпче. Великолѣпно! Такъ двое будутъ оставлять слѣдъ четверыхъ. Теперь слѣдуйте за мною, сударь!