-- Боже мой! -- внѣ себя кричалъ де-Катина.-- Ихъ догонятъ! Бросимъ этотъ домъ, возьмемъ лодку и поплывемъ за ними! Скорѣе! Скорѣе! не пропускайте ни минуты.
-- Милостивый государь, въ вашемъ весьма естсственномъ безпокойствѣ вы заходите черезчуръ далеко! -- холодно возразилъ старый дворянинъ.-- Я не склоненъ такъ легко покидать мой постъ.
-- Ахъ, что тутъ есть? Только дерево да камни, которые можно добыть вновь. Но подумайте о женщинахъ въ рукахъ этихъ чертей! Охъ! Я сойду съ ума! Ѣдемте! Ѣдемте! Ради Христа, ѣдемте!
-- Я не думаю, чтобы ихъ настигли,-- сказалъ дю-Лютъ, успокоительно кладя ему руку на плечо. -- не бойтесь. Онѣ уплыли много раньше, и здѣшнія бабы умѣютъ грести не хуже мужиковъ. Опять же, въ ирокезскомъ челнокѣ было слишкомъ много народа съ самаго начала, и еще они подобрали раненыхъ. Кромѣ того, эти дубовыя лодки Могавковъ не такъ быстры, какъ наши Алгонкинскія, берестяныя. И какъ бы тамъ ни было, мы не можемъ плыть вслѣдъ, потому что нѣтъ лодокъ.
-- Вонъ одна!
-- Вѣдь она подыметъ всего одного человѣка! Въ ней пріѣхалъ монахъ!
-- Я поѣду въ ней! Мое мѣсто -- тамъ, гдѣ Адель!
Онъ распахнулъ дверь, выскочилъ и уже собирался оттолкнуть утлый челнокъ, какъ кто-то бросился впередъ мимо него и ударомъ топора проломилъ лодкѣ бокъ.
-- Это -- мой челнокъ,-- сказалъ монахъ, бросая топоръ на землю.-- Я могу дѣлать съ нимъ, что хочу.
-- Ахъ, дьяволъ! Вы погубили насъ!