--- Я не напрасно жил среди индейцев. -- А потом?
-- Я стащил его в канаву и переоделся в его одежду и шляпу. Я не скальпировал его.
--- Скальпировать? Великий Боже! Да ведь такие вещи случаются только среди дикарей.
-- А! То-то я подумал, что это, может быть, не в обычаях здешней страны. Теперь-то я рад, разумеется, что не сделал этого. Затем я еле успел взять в руки вожжи, как бандиты все подошли ко мне и бросили вас в карету. Я не боялся, что они узнают меня, но только беспокоился, не зная, по какой дороге мне ехать, а потому пустил их на разведку. Они упростили дело, послав вперед нескольких всадников, и все шло гладко, пока я не увидел тропинку и не погнал по ней лошадей. Мы ушли бы, не подстрели тот негодяй коня и если бы вошли в воду эти негодные твари.
Де Катина снова пожал руку спутнику.
-- Вы честно исполнили свой долг, -- говорил он. -- Это была поистине смелая мысль и отчаянный поступок.
-- Ну а теперь как? -- спросил американец.
-- Я не знаю ни людей, ни места, куда нас везут.
-- Видимо, в свой поселок, сжечь.
Де Катина неистово расхохотался, несмотря на тревогу.