-- Я много лет не видел его, но хорошо помню, -- обратился он к министру. -- Ведь это граф де Фронтенак, не правда ли?
-- Да, Ваше Величество, -- ответил Лувуа, -- это действительно Людовик де Бюад, граф де Фронтенак, бывший губернатор Канады.
-- Мы рады видеть вас вновь на нашем приеме, -- проговорил монарх старому дворянину, нагнувшемуся поцеловать протянутую ему белую королевскую руку. -- Надеюсь, холод Канады не заморозил вашего горячего чувства преданности нам.
-- Это не мог бы сделать даже холод смерти.
-- Ну, надеюсь, этого не случится еще много лет. Нам хотелось поблагодарить вас за все хлопоты и заботы о нашей провинции. Вызвали же вас сюда главным образом для того, чтобы выслушать из ваших уст доклад о положении дел там. Но прежде всего -- так как дела, касающиеся Бога, важнее дел даже Франции, -- как идет обращение язычников?
-- Нельзя пожаловаться, Ваше Величество. Добрые отцы иезуиты и францисканцы сделали все, что в силах, хотя и те и другие не прочь пренебречь благами будущего мира ради настоящего.
-- Что вы скажете на это, отец мой? -- обратился, подмигивая, Людовик к своему духовнику-иезуиту.
-- Если дела эти имеют отношение к будущему, то хороший патер, как и всякий добрый католик, обязан направлять их как следует.
-- Совершенно верно, Ваше Величество! -- подтвердил де Фронтенак, но румянец вспыхнул на его смуглом лице. - Пока Ваше Величество делало мне честь, поручая вести эти дела, я не допускал ничьего вмешательства в исполнение моих обязанностей, какая бы одежда ни была на этом человеке -- мундир или ряса.
-- Довольно, сударь, довольно! -- резко оборвал его Людовик. -- Я спрашивал вас о миссиях.