Едва защитники успели добежать до пушек, как две большие пироги, наполненные воинами, вылетели из тростников, росших пониже замка, выплыли на середину и бешено погнались за беглецами.
-- Жан, ты у нас лучший стрелок, -- волновался де ла Ну. -- Жарь в нее, когда она пойдет мимо большой сосны. Ламбер, стреляй-ка из другой пушки. Жизнь всех, кого вы любите, зависит от этих выстрелов.
Оба сморщенных старых артиллериста выглянули из-за своих пушек и стали ожидать челноки. Пламя пожара подымалось все выше и выше, а широкая река казалась листом темного металла с двумя черными точками -- стремительно несшимися челноками. Один скользил за другим на расстоянии пятидесяти ярдов, но в обоих индейцы одинаково яростно налегали на весла, а товарищи с берега громкими криками поощряли их. Беглянки уже исчезли за поворотом реки.
Когда первый челнок поравнялся с пушкой, канадец перекрестил запал и выстрелил. Крики радости, а затем стоны вырвались из груди напряженно смотревших зрителей. Заряд попал в реку у самой лодки, залив ее таким потоком воды, что одно мгновение осажденным показалось, будто он пустил пирогу на дно. Но минуту спустя волнение улеглось, и челнок уже летел вперед; только один из пловцов, выронив весло, ткнулся головой в спину сидевшего перед ним товарища. Второй пушкарь нацелился на этот же челнок, но в тот миг, как он подносил запал, из-за ограды вылетела со свистом нуля, и он без стона повалился замертво.
-- Это дело я немножко знаю, парень! -- крикнул Эфраим Сэведж, внезапно выскакивая вперед. -- Но когда я палю из пушки, то люблю направлять ее сам. Помоги-ка мне двинуть ее и наводи прямо вон на тот. Вот так. Пониже. Ну, готово! -- Он спустил фитиль и выстрелил.
Удар был превосходный. Весь заряд попал в пирогу в шести футах ниже носа и перекувырнул ее, как яичную скорлупу. Прежде чем рассеялся дым, она затонула, а вторая лодка остановилась подбирать раненых. Остальные индейцы, чувствовавшие себя в воде не хуже, чем на суше, уже плыли к берегу.
-- Скорей! Скорей! -- горячился де ла Ну. -- Заряжай еще пушку. Можем опрокинуть и другую.
Но этой надежде не суждено было осуществиться. Задолго до того, как удалось зарядить пушку, ирокезы успели подобрать своих раненых и теперь снова бешено неслись по реке. Внезапно пожар потух, и все вокруг исчезло в дожде и мраке.
-- Боже мой1 -- кричал де Катина вне себя. -- Их догонят. Бросим этот дом, возьмем лодку и поплывем за ними. Скорее, скорее! Нельзя терять ни минуты.
-- Милостивый государь, вы заходите слишком далеко в вашей вполне естественной тревоге, -- холодно проговорил вельможа. -- Я не склонен так легко покидать мой пост.