— Вы оба не сомневаетесь в виновности вашего сына.
— Как я могу сомневаться, когда я своими глазами видел диадему в его руках.
— Я не могу считать этого доказательством. Была ли диадема разломана совсем?
— Нет, она была только погнута.
— Не думаете ли вы, что он пытался выпрямить ее?
— Боже мой! вы делаете все возможное, чтобы оправдать его. К несчастью это слишком трудно. Для чего же он был в этой комнате, и если он не имел дурного намерения, отчего он этого не сказал?
— Совершенно верно. Но почему же, если он виновен, он не выдумает какую-нибудь ложь? Из его молчания нельзя заключить ни того, ни другого. Тут есть много неясного в этом деле. Что думают полицейские о шуме, который разбудил вас?
— Они думают, что это Артур затворил дверь своей комнаты.
— Как умно! Как будто человек, идущий на преступление, хлопнет дверью так, чтобы разбудить кого нибудь в доме. Что же они говорят об исчезновении камней?
— Они все еще ищут по полу и осматривают мебель, в надежде найти их.