— Вы сами ничего не слышали прошлую ночь?
— Ничего, пока мой дядя не заговорил громко в своей комнате. Тогда я сошла вниз.
— Вы запирали двери и окна с вечера. Все ли окна вы заперли?
— Да.
— Были ли они заперты сегодня утром?
— Да.
— У вашей горничной есть возлюбленный? Мне кажется, вы замечали вчера вашему дяде, что она выходила на свидание с ним.
— Да, и она же прислуживала в гостинной и могла слышать то, что дядя рассказывал о диадеме.
— Понимаю. Вы хотите сказать, что она могла выходить для того, чтобы рассказать все своему возлюбленному и что они оба совершили покражу.
— Да что толку во всех этих предположениях, — с нетерпением крикнул банкир, — когда я вам говорю, что видел своими глазами Артура с диадемой в руках?