Несколько мгновений спустя, он был в нашей комнате, все еще пыхтя и жестикулируя, но с таким пристальным взглядом, полным горя и отчаяния, что улыбка наша превратилась в жалость и ужас. С минуту он не мог выговорить слова, но метался я хватал себя за голову, как безумный. Затем он вдруг с такой силой ударился головой об стену, что мы оба моментально бросились к нему и оттащили на середину комнаты. Шерлок Хольмс усадил его в кресло и, сев около него, стал гладить его по руке и говорить с ним тихим, успокоительным тоном, как с ребенком.
— Вы пришли рассказать мне, что с вами случилось, — говорил он, — неправда ли? Вас утомила быстрая ходьба, отдохните немножко, а затем я буду очень рад ознакомиться с той небольшой задачей, которую вы хотите предложить мне.
Джентльмен сидел с минуту, тяжело дыша и стараясь побороть свое волнение. Затем он провел платком по лицу и повернулся к нам.
— Вы без сомнения считаете меня сумасшедшим? — сказал он.
— Я вижу, что вы очень взволнованы чем-то, — отвечал Хольмс.
— И еще как взволнован! — отвечал он, — то, что со мной случилось так неожиданно и так ужасно, хоть кого сведет с ума. Личное несчастие я перенес бы с мужеством, несчастия — удел всех людей; потерю общественного уважения я бы тоже встретил спокойно, хотя характер мой таков, что я еще никогда не сносил оскорбления. Но когда и то и другое вместе постигает человека и еще в такой ужасной форме, то это не может не потрясти его до глубины души. Кроме того и не я один страдаю от несчастия: страдает высшее лицо в государстве, если не будет найден путь к спасению.
— Пожалуйста, сэр, успокойтесь, — сказал Хольмс, — и постарайтесь дать мне ясное понятие о том, кто вы и что с вами случилось?
— Мое имя, — отвечал гость, — вероятно, вам знакомо. Я Александр Хольдер, глава банкирского дома Хольдер и Стивенсон.
Имя, без сомнения, было нам знакомо, так как принадлежало главному члену товарищества самой крупной частной банкирской фирмы Лондона. Что же такое могло случиться, что привело одну из выдающихся личностей города в подобное состояние?
Мы с нетерпением и любопытством стали ждать, чтобы он сделал над собой новое усилие прежде, чем продолжать.