Переводъ Н. Д. Облеухова.
Изданіе Д. П. Ефимова. Москва, Большая Дмитровка, домъ Бахрушиныхъ.
1904.
Это случилось въ 1895 году. Обстоятельства сложились такимъ образомъ, что мнѣ и Гольмсу пришлось прожить нѣсколько недѣль въ одномъ большомъ университетскомъ городѣ.
Въ этотъ-то краткій промежутокъ времени и случилась маленькая, но поучительная исторія, которую я собираюсь разсказать.
Я опущу подробности, по которымъ читатели могли бы догадаться, о какомъ университетѣ и коллегіи здѣсь идетъ рѣчь. Я не хочу оскорблять нашу учащуюся молодежь. Событія я буду описывать осторожно, моя единственная цѣль -- еще разъ обнаружить талантъ и способности моего друга.
Итакъ предупреждаю: разсказывая объ этомъ дѣлѣ, я буду соблюдать большую скромность, никто не можетъ догадаться, о какихъ лицахъ здѣсь идетъ рѣчь и гдѣ именно произошла эта исторія.
Мы жили въ меблированной квартирѣ, рядомъ съ библіотекой, которую Гольмсъ посѣщалъ съ цѣлью изученія старинныхъ англійскихъ хартій. Изученіе это повело за собою столь поразительные и неожиданные результаты... Я когда-нибудь разскажу объ этомъ.
Итакъ, мы съ Гольмсомъ жили въ меблированной квартирѣ, около библіотеки. Въ одинъ прекрасный вечеръ къ намъ явился нашъ знакомый, это былъ туторъ и лекторъ коллегіи св. Луки, мистеръ Гильтонъ Сомзъ.
Сомзъ былъ высокъ ростомъ и худъ; человѣкъ онъ былъ нервный и раздражительный. Держалъ онъ себя всегда такимъ образомъ, что, казалось, будто онъ страшно чего-то тревожится.