-- Да, я много езжу на велосипеде и это имеет даже некоторую связь с моим сегодняшним визитом.
Мой друг взял руку молодой девушки, которая была без перчатки, и некоторое время рассматривал ее с таким вниманием и так же бесстрастно, как специалист осматривает образчик товара.
-- Извините, пожалуйста, -- сказал он, выпуская ее руку, -- но в моей профессии нельзя оставлять без внимания ни единой мелочи. Я был почти склонен думать, что вы печатаете на машинке, но, очевидно, это происходит от игры на рояле. Вы видите, Уотсон, приплюснутые кончики пальцев, характерные для обеих профессий? Но в лице мисс, -- прибавил он, нежно повернув его к свету, -- есть особое одухотворенное выражение, какого обыкновенно не бывает у машинисток. Следовательно -- она учительница музыки.
-- Да, мистер Холмс, я даю уроки игры на рояле.
-- В деревне, судя по вашему цвету лица?
-- Да, сэр; я живу вблизи Фарнгэма, на границе Сёррея.
-- Прелестная местность, о которой у меня сохранились интересные воспоминания. Уотсон, вы ведь помните, как мы там поймали кузнеца Стамфорда? Ну-с, мисс Виолетта, что же с вами случилось близ Фарнгэма?
Молодая девушка спокойно и толково рассказала следующее:
-- Моего отца уже нет в живых, мистер Холмс. Его звали Джеймс Смит; он был дирижером в Старом Королевском театре. После смерти отца мы с матерью остались совершенно одни. Единственный брат отца, Ральф Смит, переселился двадцать пять лет тому назад в Африку, и с тех пор мы не имеем никаких сведений о нем. Мы остались без всяких средств и вот как-то узнали, что в газете появилось объявление, касающееся нас. Можете себе представить наше волнение: мы думали, что кто-нибудь оставил нам наследство и тотчас же отправились к разыскивающему нас адвокату. Так мы познакомились с двумя джентльменами, Каррютсером и Вудлеем, приехавшими из Африки на родину. Они сообщили нам, что были в тесной дружбе с моим дядей, который умер несколько месяцев тому назад в Иоганнесбурге в страшной бедности. Незадолго до смерти он просил их разыскать родных и позаботиться, чтобы они не терпели нужды. Нас удивило, что дядя Ральф, никогда не заботившийся о нас при жизни и не интересовавшийся нашими делами, проявил такое участие перед смертью. Но мистер Каррютсер объяснил нам, что дядя лишь недавно узнал о смерти отца и поэтому почувствовал известные обязательства по отношению к нам.
-- Виноват, -- сказал Холмс, -- когда происходил этот разговор?