Стон еще колебался. Но, что, если турок прав и женщина умрет? — в каком окажется он положении?
— Вы ручаетесь мне на основании собственного опыта, что операция необходима?
— Клянусь вам всем мне святым.
— Лицо будет страшно изуродовано.
— Рот, во всяком случае, не будет манить к поцелую.
На эти грубые слова, Дуглас Стон резко обернулся, но теперь было не время вступать в пререкания. Он взял свои инструменты и придвинул лампу поближе. Два темных глаза блестели сквозь фату, зрачков почти не было видно.
— Вы дали ей много опия?
— Да, большую дозу.
— Она не в полном беспамятстве.
— Не взяться ли вам за нож?..