И, похлапывая себя по выдающемуся вперёд горбу на груди, он прибавил:
- Не подумайте, что это горб. Это я книгу ношу так. О, несравненный "Гудибрас"! В этой поэме соединено изящество Горация с заразительной весёлостью Катулла. Ну-с, что вы скажите о моей критике поэмы Бутлера?
- Подавайте ваш нож, - произнёс я сурово.
- Сделайте одолжение, - ответил он, передавая мне с вежливым поклоном свой нож. - Скажите, не могу ли я вам доставить ещё какое-либо удовольствие? Я готов отдать вам все, кроме своего доброго имени и военной репутации. Впрочем, нет, я ни за что не отдал бы вам этого экземпляра "Гудибраса" и латинского руководства о войне, которое я также ношу всегда на груди. Руководство это написано Флемингом и отпечатано в голландском городе Люттихе.
Я, продолжая держать нож в руке, сел рядом с ним и сказал Рувиму:
- Бери оба весла, а я буду присматривать за этим молодцом, чтобы он не сыграл с нами какой-нибудь шутки. Ты был прав, Рувим. Это, наверное, пират. Прибыв в Хэвант, мы его отдадим чиновникам.
Лицо вытащенного нами из воды человека утратило на минуту своё бесстрастное выражение. По нему промелькнуло что-то похожее на тревогу.
- Помолчите немножко, - сказал он, - вы, кажется, назвали себя Кларком и живёте вы в Хэванте. Не родственником ли вам приходится живущий в этом городе старый пуританин Иосиф Кларк?
- Он мой отец, - ответил я.
- Вот так так! - воскликнул Саксон и рассмеялся. - Выходит, что я споткнулся о собственные ноги. Я вам, мой мальчик, кое-что покажу. Поглядите-ка!