Министръ сдѣлалъ паузу, а затѣмъ отвѣтилъ:
-- Не думаю.
Гольмсъ продолжалъ:
-- Можно предположить, что ребенка похитили для того, чтобы взять выкупъ. Не получали ли вы въ эти дни анонимныхъ писемъ съ требованіемъ денегъ?
-- Нѣтъ, сэръ.
-- Еще одинъ вопросъ, ваша свѣтлость. Въ тотъ самый день, когда вашъ сынъ исчезъ, вы писали ему?
-- Нѣтъ, я писалъ ему наканунѣ.
-- Совершенно вѣрно, но онъ получилъ ваше письмо на другой день?
-- Да.
-- Не было ли въ вашемъ письмѣ чего-нибудь такого, что могло заставить мальчика покинуть школу?