Гольмсъ улыбнулся и покачалъ головой.
-- Это не подойдетъ, ваша свѣтлость; вы забываете объ убійствѣ учителя Гейдеггера.
-- Джемсъ невиноватъ въ этомъ убійствѣ, онъ его не совершалъ. Убійцей былъ негодяй, съ которымъ онъ имѣлъ несчастье связаться. Нельзя же обвинять человѣка въ убійствѣ, котораго онъ не былъ даже свидѣтелемъ и которое приводитъ его въ ужасъ. Какъ только онъ узналъ о смерти учителя, тотчасъ же пришелъ ко мнѣ и во всемъ признался. Ахъ, мистеръ Гольмсъ, я долженъ съ вами посовѣтоваться! Скажите, какъ мнѣ избѣжать этого ужаснаго скандала?
-- Съ удовольствіемъ дамъ вамъ совѣтъ,-- отвѣтилъ Гольмсъ,-- если только вы будете вполнѣ откровенны со мною. Вы, кажется, сейчасъ говорили о мистерѣ Джемсѣ Вильдерѣ? Это про него вы хотите сказать, что онъ не виновенъ въ убійствѣ?
-- Да, про него. Убійца убѣжалъ.
Гольмсъ сдержанно улыбнулся.
-- Вы, повидимому, мало меня знаете, ваша свѣтлость,-- сказалъ онъ.-- Отъ меня не такъ-то легко убѣжать. Рейбенъ Гэйсъ арестованъ въ Честерфильдѣ по моему приказу въ одиннадцать часовъ вчера вечеромъ. Объ арестѣ его я уже увѣдомленъ телеграммой.
Герцогъ откинулся на спинку кресла и съ удивленіемъ поглядѣлъ на моего друга.
-- Вы меня удивляете, мистеръ Гольмсъ!.. Рейбенъ Гэйсъ арестованъ! Ну, что же! Я очень радъ этому, при условіи, если Джемсъ не пострадаетъ при этомъ.
-- Вы говорите о вашемъ секретарѣ?