То был другой снимок с той же местности, но с более близкого расстояния. Снимок этот был еще расплывчатее первого. Однако я все же различил высокую, увенчанную деревом скалу, стоявшую в стороне от остального кряжа?
-- Я больше не сомневаюсь, -- воскликнул я.
-- И то хорошо, -- проворчал он. -- Мы делаем успехи, не так ли? Взгляните-ка на вершину скалы. Вы ничего там не видите?
-- Вижу громадное дерево.
-- А на дереве?
-- Большую птицу. Он протянул мне лупу.
-- Да, -- сказал я, разглядывая фотографию, -- большая птица сидит на дереве. Как будто у нее очень большой клюв. Я бы сказал, что это пеликан.
-- Не могу похвалить ваше зрение, -- ответил профессор.-- Это не пеликан и вообще не птица. Вероятно, вам будет небезынтересно узнать, что подобный редкий экземпляр мне удалось пристрелить. Это было единственное веское доказательство моих открытий, единственное, которое я мог привезти с собой.
-- У вас, в самом деле, есть этот зверь? -- Наконец-то появилось нечто, более конкретное.
-- Он был у меня. Но с той злополучной лодкой погибло многое. Я потерял его так же, как и свои фотографии. Когда он уже почти скрылся в водовороте воды, я все-таки еще успел схватить его за крыло, часть которого так и осталась у меня в руке. Меня в бессознательном состоянии вынесло на берег, но жалкий обрывок моего ценного доказательства я крепко сжимал в руке. Теперь я могу показать его вам.