-- Наконец-то, -- кричал он. -- Наконец!
Я смотрел на него с затаенным страхом, ожидая каждую минуту какой-нибудь неожиданности из-за кустов. Но опасения мои не оправдались: все было тихо кругом; только странного вида пестрая птица вылетела из-под его ног и скрылась в ветвях дерева.
Семмерли был вторым номером. Поразительная энергия в столь немощном с виду теле! Он потребовал, чтобы на него навесили две винтовки, так что с его переправой оба профессора оказались вооруженными. Настала моя очередь. Я старался не смотреть в зияющую подо мною бездонную пропасть. Семмерли протянул мне приклад своей винтовки и мгновение спустя я уже ощутил под собой твердую почву. Что же касается Рокстона, то он прошел по импровизированному мосту, форменно прошел, ни за что не держась! У этого человека были железные нервы.
Наконец мы попали в эту сказочную страну, в затерянный мир, открытый Мэйпль Байтом. Все мы чувствовали, что можем, наконец, торжествовать победу. Кто бы мог думать, что это было лишь прелюдией к непоправимой катастрофе? Позвольте же рассказать, как все произошло.
Мы отошли от края бездны шагов на пятьдесят, пробираясь сквозь кусты, как вдруг сзади послышался страшный треск. Все четверо мы бросились назад к мосту. Но моста уже не существовало!
Далеко внизу, у подошвы утесов валялась куча костей и расплющенный от падения ствол нашего бука. Не обвалился ли край платформы? На мгновение мы все были в этом убеждены. Но в следующее же мгновение из-за скалы медленно высунулось темное, искаженное злобой лицо метиса Гомеца. Да, это было дело его рук. Но перед нами был уже не покорный, послушный, угодливо улыбающийся Гомец. То был совсем другой человек, со сверкающими глазами, в которых отражалась адская ненависть и дикое злорадство.
-- Лорд Рокстон! -- кричал он. -- Лорд Джон Рокстон!
-- Ну, что? -- ответил наш товарищ, -- Я здесь, перед тобой.
С той стороны пропасти раздался оглушительный хохот.
-- Да, я знаю, что ты там, британский пес, но там ты и останешься! Я долго ждал, но наконец наступила желанная минута. Ты нашел подъем тяжелым, но выбраться тебе отсюда будет еще труднее. Дурачье вы этакое. Все вы попались, как куры во щи!