Однажды Юджин отправился на Типографскую площадь в надежде, что, может быть, у него хватит смелости зайти в редакцию какой-нибудь газеты и предложить свои услуги. Там он неожиданно наткнулся на Хадсона Дьюлу, которого не видел уже много лет. Дьюла очень обрадовался ему.
-- Ба! Да это Витла! -- воскликнул он, пораженный невероятной худобой и бледностью Юджина. -- Где же вы столько времени пропадали? Ужасно рад вас видеть. Что вы поделывали? Зайдемте к Гану, закусим, и вы мне все расскажете.
-- Я был болен, Дьюла, -- откровенно сказал Юджин. -- У меня было очень серьезное нервное расстройство, и, чтобы переменить обстановку, я работал на железной дороге. Я обращался ко всяким специалистам, но они мне не помогли. Тогда я решил взяться за труд чернорабочего и посмотреть, что из этого выйдет. Я совершенно выбился из колеи и вот четвертый год только и занимаюсь тем, что привожу себя в норму. Но теперь я, по-видимому, на пути к выздоровлению. Собираюсь в ближайшие дни уйти с железной дороги и вернуться к живописи. Мне кажется, что я опять могу писать.
-- Не странно ли? -- задумчиво произнес Дьюла. -- Я на днях как раз думал о вас и спрашивал себя, куда это вы могли запропаститься. Должен вам сказать, что я переменил род занятий. "Труф" приказал долго жить, и я занялся литографским делом. Я состою младшим компаньоном в одной фирме на Бонд-стрит и работаю в ней управляющим. Буду очень рад, если вы как-нибудь заглянете ко мне.
-- Непременно зайду, -- сказал Юджин.
-- А теперь насчет ваших нервов, -- продолжал Дьюла, когда они вошли в ресторан. -- У меня есть зять, с которым произошла такая же штука. Он и сейчас все бегает по врачам. Я ему расскажу про вас. Вид у вас совсем неплохой.
-- Я чувствую себя значительно лучше, -- сказал Юджин, -- да, значительно лучше, хотя мне пришлось довольно тяжко. Но я уверен, что снова вернусь к жизни и буду теперь осторожнее. Я переутомился тогда с первыми картинами.
-- Должен сказать, что в своем роде это были лучшие вещи, какие мне когда-либо попадались у наших художников, -- сказал Дьюла. -- Если помните, я был на обеих ваших выставках. Они были великолепны. А что же сталось с вашими полотнами?
-- Некоторые были проданы, остальные я сдал на хранение, -- ответил Юджин.
-- Странно, -- сказал Дьюла. -- Я готов был биться об заклад, что они все будут проданы. В них было столько нового и яркого. Вы должны крепко взять себя в руки и больше не сдаваться. Вас ожидает большое будущее.