Тем не менее у нее мелькнула мысль, что это несколько странно.
-- Это на всякий случай... если у тебя не выйдет, -- добавил Друэ.
-- Конечно, конечно, -- согласилась Керри, очень довольная такой предусмотрительностью. -- Это очень умно с твоей стороны.
-- Я не хотел выдавать тебя за жену, тебе было бы неловко, если бы роль не удалась. Меня там все хорошо знают. Но я уверен, что ты великолепно сыграешь. Так или иначе, ты, возможно, больше никогда и не встретишься ни с кем из этих людей.
-- О, мне все равно! -- храбро сказала Керри.
Она теперь твердо решила попробовать свои силы на этом заманчивом поприще.
Друэ облегченно вздохнул. Он опасался, что ему снова грозит разговор о браке.
Роль Лауры, как, едва познакомившись с ней, убедилась Керри, состояла сплошь из страданий и слез. Автор, Августин Дэйли, написал ее в духе священных традиций мелодрамы, еще властвовавших в ту пору, когда он начинал свою карьеру. Тут было все: и позы, проникнутые грустью, и тремоло в музыке, и длинные пояснительные монологи.
"Бедняга! -- читала Керри, заглядывая в текст и с чувством растягивая слова. -- Мартин, непременно дай ему стакан вина перед уходом".
Керри была изумлена краткостью роли. Она не знала, что должна оставаться на сцене, пока говорят другие, и не просто оставаться, но играть соответственно происходящему на сцене и игре других артистов.