Но когда он упомянул о ее муже, у нее сразу зародились подозрения, которые она, впрочем, ничем не выдала.
-- Я уверен, что видел вашего мужа, -- продолжал доктор. -- Но, возможно, это были не вы, а ваша дочь. Тут я не совсем уверен.
-- Вполне возможно, что это была она, -- поспешила согласиться миссис Герствуд, отлично зная, что такого случая не было: Джессика уже несколько недель никуда не выезжала без нее.
Миссис Герствуд успела настолько овладеть собой, что тут же попыталась выведать какие-нибудь подробности.
-- Когда же это было? Днем? -- спросила она, искусно разыгрывая равнодушие и делая вид, будто кое-что знает об этом.
-- Да, часа в два или три.
-- В таком случае это была Джессика, -- сказала миссис Герствуд, не желая показывать, что придает какое-либо значение этому инциденту.
Доктор Биэл, со своей стороны, тоже сделал кое-какие выводы, но прекратил разговор, считая, что продолжать его не стоит.
А миссис Герствуд в течение нескольких часов и даже дней ломала голову над полученными сведениями. Она нисколько не сомневалась, что доктор Биэл в самом деле встретил ее мужа, который с кем-то катался в экипаже по бульвару, -- по-видимому, с посторонней женщиной. А своей жене между тем он говорил, что страшно занят.
Миссис Герствуд с нарастающим гневом принялась вспоминать, сколько раз муж отказывался сопровождать ее в гости или участвовать в тех или иных развлечениях, разнообразивших ее жизнь. Его видели в театре с какими-то людьми, которые, по его словам, были друзьями владельцев бара. Теперь его видели, когда он катался по бульвару с какой-то женщиной, и, надо полагать, у него и для этого готово какое-нибудь объяснение! Возможно даже, что были и другие женщины, о которых она не слыхала, иначе чем же объяснить, что он в последнее время все отговаривается делами и проявляет такое равнодушие к событиям семейной жизни? За последние несколько недель он стал страшно раздражителен и все время норовит куда-нибудь уйти, нисколько не интересуясь, все ли благополучно дома. В чем же дело?