И дурные предчувствия утренних часов рассеялись окончательно.
Так было всякий раз, когда возникали эти предчувствия. Друэ не оставлял ее подолгу одну. У Керри было достаточно времени для одиноких прогулок, но большую часть ее досуга Друэ заполнял всевозможными развлечениями. В магазинах Карсона и Пайри он купил ей красивую юбку и блузку. На его деньги она приобрела разные мелочи туалета и в конце концов совершенно преобразилась. Зеркало подтвердило то, в чем в глубине души она уже давно была уверена. Она была хороша, несомненно хороша! Как идет ей эта шляпа! И разве у нее не прелестные глаза? Прикусив алую нижнюю губку, она смотрела на свое отражение и впервые с трепетом ощущала свое могущество. А Друз был так добр к ней!
Однажды вечером они отправились смотреть "Микадо" -- оперетту, которая пользовалась в то время огромным успехом. Перед спектаклем они решили зайти в ресторан "Виндзор" на Дирборн-стрит; это было довольно далеко от дома, где теперь жила Керри. Дул холодный ветер, и из окна своей комнаты Керри видела небо, еще розовое на западе, но синевато-стальное в зените, где уже воцарялась ночь. В воздухе чуть алело длинное, тонкое облачко, похожее по форме на пустынный остров в безбрежном океане. Деревья на противоположной стороне улицы качались мертвыми ветвями, напоминая девушке картину, которую она часто наблюдала в декабрьские дни из окна родного дома.
Она вдруг остановилась и заломила маленькие руки.
-- В чем дело? -- спросил Друэ.
-- Ах, я и сама не знаю! -- ответила Керри, и губы ее дрогнули.
Друэ как будто угадал ее мысли, обнял одной рукой за плечи и нежно погладил ей руку.
-- Полно! -- ласково сказал он. -- Все будет хорошо.
Керри отвернулась и стала надевать жакет.
-- Я советовал бы вам надеть сегодня боа, -- сказал он.