Однажды в Палате чинов вывесили объявление: Тан Би получил назначение первого помощника при секретаре приказа Палаты военных чинов в области*Хучжоу. Так как эта область расположена на юге, где все места были им исхожены и хорошо ему знакомы, Тан Би остался доволен своим назначением. Как только была готова грамота на занятие должности, он собрал свои вещи, нанял лодочников и выехал из столицы. В районе*Тунцзини на лодку напали грабители. С древних времен говорят: «плохо спрячешь — навлечешь воров». Случилось это, конечно, только потому, что триста тысяч цяней, которые Тан Би возил с собой повсюду, попались на глаза какому-то проходимцу и возбудили в нем жадность. Негодяй собрал еще несколько человек, и вся эта шайка преследовала Тан Би от самой столицы до Тунцзини. Здесь разбойники потихоньку договорились с лодочниками и ждали лишь ночи, чтобы разом приняться за дело. Однако Тан Би не суждено было погибнуть. Поздно вечером он прогуливался по палубе и, заметив, что в лодке творится что-то неладное, прыгнул в воду; подплыл к берегу и был спасен. С реки доносился шум возни на лодке и голоса грабителей, которые так и уехали на ней со всем добром Тан Би. Что сталось с его слугами — остались ли они живы или погибли, — он не знал. Вещи, что были в лодке, так и пропали, и Тан Би остался без всего. Действительно:

Коль протекает крыша, как нарочно,

Подряд две ночи хлещет дождь;

И без того опаздывает лодка —

Так ветер встречный, как на зло.

Триста тысяч и дорожный мешок — это еще ничего, но вместе с ними пропали реестр с записью должностей, которые он занимал, и приказ о новом назначении, свидетельствовавший о том, что он направлялся к месту службы. Таким образом, даже с чиновничьей карьерой теперь было покончено. В то время Тан Би действительно напоминал человека, у которого, как говорится, к небу пути нет и на земле нет приюта.

«Вот уж, право, во всем мне не везет, — рассуждал про себя Тан Би, — за что бы я ни взялся — ничего не выходит. Может быть, вернуться на родину? Но с каким лицом я там покажусь? Или снова поехать в столицу и подать прошение в Палату чинов? Но как смогу я туда добраться, не имея при себе ни гроша на путевые расходы? Здесь у меня нет даже знакомых, у которых я мог бы позаимствовать денег. Ведь не стану же я просить подаяния! Только и остается — броситься в реку и утонуть. С другой стороны, — размышлял Тан Би, — право, я не заслуживаю такой смерти».

Так он сидел у дороги, думал и плакал, плакал и думал. Все перебрал в своих мыслях, но ничего придумать не мог и проплакал до самого утра. По счастливой случайности, когда, казалось, он был уже совсем на краю гибели, жизнь снова улыбнулась ему. К нему, опираясь на палку, приближался какой-то старик.

— О чем тоскует и плачет чиновный человек? — спросил он Тан Би.

Тот рассказал старику о том, как он был ограблен на пути к месту своего назначения.